Моя река

Удочки он считал баловством и ловил иногда сетями, успех ему сопутствовал редко.

И в этот раз я сидел у него за спиной, мы возвращались не солоно хлебавши. Ветеран видимо, чтобы поднять мой боевой дух предложил поучить меня водить мотоцикл. Сам он сел в коляску. Перед нами был пологий, чуть наклонный берег озера Чебачьего. Галька, мелкие камни, валуны были в стороне ближе к воде.

Беды ничего не предвещало. Инструктаж и я поехал. Тронулся, поехал по прямой, чуть добавил скорости, все-таки пан официр за рулем.

«И тут Остапа понесло».

Откуда-то стали появляться на пути большие камни. Попытался притормозить, не нащупал тормоз старого ижа, впереди был большой камень. Как в бою, главное не цепенеть, заложил резкий вираж лихо развернувшись, но впереди было уже несколько валунов, скорость возросла, озеро было недалеко по левую руку.

Реакция выручала, но будущее было безрадостным, впереди было много больших камней, тормоз никак не обнаруживался, я лихо крутил рулем, мотоцикл разворачивался из стороны в сторону объезжая валуны.

Дедушко конечно не дремал, он тянул рученки к рулю, пытаясь встать в коляске, но очередной разворот бросал его обратно в коляску и так несколько раз. Вид у него был страшный, дедушка таращил глазки, мычал, но встать и дотянуться до руля не мог. Я никак не мог нащупать тормоз, то ли болотники на ногах мешали или просто я тупил, ручной, по-моему, у него не работал.

Наконец я остановил мотоцикл, заглушил, ни царапины. Дед сел за руль, вроде не упустил. Молчал всю дорогу, больше я с ним не ездил.

Рядом с домом был «генеральский парк», так его все называл, где восстанавливались после полетов первые космонавты. Парк был посажен в пустыне солдатами, офицерами и жителями города, превратился в прекрасный большой массив деревьев и кустарников.

Город был очень зеленый, до третьего этажа зданий поднимались тополя, акации, в палисадниках – клумбы и заросли кустарников. Система арыков и поливных труб обеспечивала полив. На многих деревьях были бирки с фамилиями ответственных за них офицеров или солдат.

Я был предоставлен самому себе, полная свобода: отец на службе, мама на работе, младший брат Сережа у родственников. На кухонном столе, как всегда, записка от мамы, как и что разогреть на обед.

В этот день отец вернулся с работы рано и предложил съездить с ним. Газик (УАЗов еще не было) с солдатом за рулем стоял у подъезда дома.

В достаточно просторной комнате почти без мебели не в военной форме был я один.