Танцы с чужим котом. Странный Водолей

* * *

Валя, как Роза, давно в свою жизнь не влюбленный. Валя, как Роза, три года уж, как разведен.

– Однажды в студеную зимнюю пору я из дому вышел.

– Был сильный мороз.

– Нет, Роза, нет. Мороз не причем. Были звезды. Они почему-то не стояли на месте, а переливались. Одна выкинет луч, тут же спрячет, другая мигнет и уставится прямо в глаза.

– Ты даешь.

– После, денег скопив, линзы купил, посчитал расстоянье, и вот они – звезды.

– Ну, и глядел бы.

– Да на чердак жена за мной следом примчалась, схватила, разбила, не хочет, чтоб мне хорошо.

– И что, из-за линзы развод?

– Ну, не совсем из-за линзы.

– А, так бы и говорил.

– Я так и сказал.

– А что дальше?

– Жизнь линзой скатилась под стол, как сказал поэт.

– Поэт. Может, поэт и покатился, только не ты. Ты человек, каких поискать.

– Под столом?

– Под столом, там пьяницам место. А ты непьющий. Нет, правда, ты – лучше других.

– Это правда. Лучше, хуже, но другой. Я, Роза, не люблю дурость.

– А кто ж ее любит?

– Да все любят. Только по дурости и живут, по законам ее… Ты заметила, я никого не осуждаю, но не люблю дурость. Дурость, дурь эта – ведь только допусти, она тебя в себя, как в ковер закатает, и носа не высунешь.

– Это как?

– Дурость – сорняк, пока человек маленький, и дурость у него маленькая. Как у Петьки. Петька вообще без глупостей. У дочери моей гораздо их больше.

– Петенька мой, правда. Люблю.

– А растет человек, и дурость его с ним растет.

Раньше люди от нее верою спасались. У меня деды в старой вере, и жили, и умерли. А я вот уже без веры. Вот на звезды и направился. Хоть и не полная, а вера. Думаю, звезды поумней нас будут.

– А я в Петеньку верю. Снилось тут мне, знаешь, что будто все на каком-то острове, и есть как будто нечего, и согреться нечем. И вдруг узнаем, что спастись можем, если кто-то залезет на самое высокое дерево и оттуда бросится камнем вниз, в воду. Никто лезть не хочет, а все мучаются, звереют некоторые.

И вот утром просыпаюсь, а Петеньки рядом нет. Выхожу на берег и вижу его высоко на дереве. Сердце у меня чуть не остановилось. Начала уговаривать сына слезть, а он все выше, все быстрее лезет. Народ на берегу собрался. Молчат. И тут Петенька бросается вниз, но не тонет, а белой птицей над водой мелькнул и исчез. Тут у меня сердце оборвалось, и я проснулась.

– Нет, Роза, мне не нравится твой сон.