Тёмные культы

Ходили слухи, что Джон и Джордж воевали в одном и том полку. Другие слухи были еще более жесткими – поговаривали, что Джон Блэк воевал за Конфедерацию, но после победы северян отлично это скрыл.

У них в полку также был Эндрю Браун. Он погиб, причем очень болезненной смертью – его практически разрезало на части на глазах Джорджа Гаррисона.

В доме у бывшего комиссара обнаружили сатанинскую символику и – о ужас, как было жалко животных – принесенных в жертву петуха и козла. Их тела лежали неподалеку от пентаграммы, которую, без сомнения, также нарисовал Джордж.

Чем он здесь занимался – оставалось только догадываться.

Соседи иногда слышали крики из дома Джорджа ночью.

ГЛАВА 3. КУЛЬТ ЗЕМЛИ. ЛОПАТА

СИМФЕРОПОЛЬ, 1895 И 1980 ГОДЫ

Я живу в микрорайоне Симферополя возле проспекта Победы неподалеку от реки Малый Салгир. Мне очень нравится мой район, он всего лишь в четырех остановках от центра города, и, несмотря на такую близость к самым оживленным улицам, в нем есть своя атмосфера.

Люблю это место, так как своя атмосфера для меня очень важна.

Я очень люблю гулять после тяжелого рабочего дня вдоль берега Малого Салгира. Это совсем небольшая речка, скорее ручеек. Я знаю, что раньше она была гораздо шире, но время беспощадно не только для людей, но даже для рек.

Живу я один в однокомнатной квартире, и меня это полностью устраивает. Конечно, пара друзей у меня есть, но видимся мы очень редко. Все постоянно заняты, их поглотила рутина.

В тот вечер я устал после рабочего дня и, как обычно, вышел к реке прогуляться, «перезагрузиться». Река красивее всего в сумерках, которые наступили, пока я закончил некоторые домашние дела.

Я вышел из дома, подошел к реке и нашел возле нее сверток. Он сразу бросился мне в глаза, сам не знаю, почему. Странно, что это сверток старой бумаги здесь не сдуло ветром, который был достаточно силен в тот вечер.

Этот сверток выглядел очень непрезентабельно.

Однако что-то манило меня взять его, и я не мог устоять от этого соблазна…

Когда я снял слой грязной оберточной бумаги, то увидел, что в свертке лежит старая рукопись. Очень старая – записи были сделаны еще чернилами на пожелтевшей, но не распавшейся бумаге. Потом я из рукописи узнал и ее возраст – удивительно, что она вообще не рассыпалась в пыль.

Я не знаю, кто это писал, не знаю, было это на самом деле или нет.