Икура дэс ка? Сколько это стоит?

Я не слишком напрягал её на уроках.

Даже зимой Серж носил чешские модельные туфли с ужасно скользкой платформой. Бывало, я разгонял его по укатанному снегу и направлял в ближайший забор. Затормозить он не мог и врезался в ограду, как хоккеист в бортик ледовой арены.

Потом мы стали ходить втроём. Серёга нёс портфель Лады Саидовой и заранее предупреждал меня: «Только без твоих шуточек!».

Серж говорил Ладе что-то о музыке:

– Ты представляешь, у Баха было двадцать детей!

Я предлагал девушке пострелять из револьвера.

Их дружба продолжалась до выпускных экзаменов. Гладышев зубрил физику на подготовительных курсах в институте, Лада занималась в театральной студии и участвовала в вечерних спектаклях. В общем, обоим было не до того.

Сейчас Лада была в красном плаще, под красным беретом и с красной дамской сумочкой. Чёрные липкие сапоги обтекали её ножки словно змеиная кожа.

– Куда ты идёшь, Красная Шапочка? – зарычал я страшным голосом. – В столь поздний час!

– Ой, ай! Абинский! – воскликнула Лада.

– Эксклюзивный вариант, – надул я щёки. – Таких в Союзе – человек двадцать пять…

– И?

– Трое из них – лучшие.

– Ого!

– И первый из них – это я!

– От скромности ты не умрёшь! Где столько времени пропадал?

– Да где попало! То Чёрное море, то Белое, то Красное. А ты? Выглядишь потрясающе!

– Судьба моя такая, надо соответствовать. Ты научился говорить комплименты.

– Не покривил душой. И словом тоже.

– Побожись!

– Век воли не видать!

Саидова была прежней и за три года, кажется, не повзрослела.

– Кого-то ждёшь?

– Я не такая, я жду трамвая, – засмеялась Лада. – Сегодня была генеральная репетиция. Завтра премьера и мой выход.

– Ты Анна Каренина на рельсах или Офелия в пруду?

– Надсмотрщица в тюрьме!

– Импосибле, – сказал я, – не тот типаж.

– Ещё как посибле! Мне приходилось играть и зайчика, и даже Бабу-Ягу. После Яги меня и утвердили на роль тюремщицы.

– Спасибо, один акт я могу высидеть. Кстати, только что Серж Гладышев звал меня в оперу.

– Серёга? Тебя?!

– Он был не один.

– И как она? – ревниво спросила Лада.

– Тебе в подмётки не годится.

– А-ха, – удовлетворённо пропела девушка. – Было время, Серж мне очень нравился. Правда, он мамся.

– Девушкам нравятся хулиганы.