Рюкзак жизни

Даже если он и говорил всегда, что готов даже без ног переплыть весь океан, то сейчас только мог орать как резаный и ничего предпринимать не собирался. У Арины вместо рук сейчас были какие-то ошмётки, и вода, в которую она их опустит, лишь прибавит ужасающей боли. Как только девушка попадёт в воду, будет орать не меньше Вадима, который всё ещё звал Егора и надеялся на то, что тот сейчас вынырнет с подлодкой, чтобы их всех спасти.

Пока Лиза и Юля паниковали, орали и держались в крепких объятиях друг друга, их ноги провалились в какую-то щель, и они, бултыхаясь в воде, начали кричать пуще прежнего.

Если бы они соизволили отпустить друг друга и попытались спасти свои жизни, то, возможно, не продвигались бы сейчас медленно к мучительной смерти. Но девушки, понимая то, что шансов на спасение остаётся всё меньше с каждой минутой, ведь корабль, хоть и незаметно, всё равно плавно уходил под воду, не принимали никаких усилий подняться на самую высокую точку, где находились остальные ребята.

– Нам нужно отсюда хоть как-то выбираться! – пытаясь подняться на ноги, которые тут же отозвались дичайшей болью, закричал Вадим. – Зараза! За что?! Я жить хочу!

Его голос разнёсся далеко вперёд, но ничего не произошло. Обломки корабля продолжали со всей своей спокойностью погружаться в воду, а солнце, как будто наблюдая за разыгравшимся спектаклем, разгоралось всё ярче и ярче. Никто из ребят не знал, что будет дальше. Они ждали чуда, но оно от них сегодня, кажется, отвернулось.

И каждый из ребят, понимая это, прокручивал в голове все свои грехи и молил кого-то неизвестного о пощаде.

Корабль продолжал медленно погружаться под воду. Несмотря на то, что одна его часть ушла вниз очень быстро, буквально в считанные секунды, остальная половина никак не хотела покидать бренный мир. Та часть, которая неторопливо, едва заметно опускалась всё ниже и ниже над уровнем воды, словно говорила своим видом, что спешить в этом мире бессмысленно.

Единственным на корабле, кто всё же пытался что-то придумать хотя бы ради своего спасения, был Стас. Он отчаянно пытался вспомнить, что им говорил капитан, прежде чем они отплыли, но в голову ничего не лезло. Ребята не слушали капитана точно так же, как и не слушали Зою Павловну на уроках географии, и так же, как не слушали и своих родителей, когда те говорили о манерах. Поэтому вспомнить то, чего они совсем не знали, было для них нереально.