Знаменосец

тых дальнобойщиков; любовников в ожидании любви и зябнущих мизантропов; вагоновожатых в красных беретах, вагоновожатых в чернильных беретах; милиционеров с их мотоциклами; волооких пиитов; каменных каменотесов и клейких калымщиков; собак и медведей; крестьян и обезьян.

В приведенном выше списке упомянул исключительно бывших летчиков.

Летчиков, которые летают, не упомянул осознанно: им выпивать никак нельзя, так как я боюсь самолетов.

Словом, куда конь с копытом – туда и рак с клешней.

– Я с сегодняшнего дня в отпуске, – объявил я.

 – Получил отпускные.

– Поздравляю, – сказал мой собеседник.

– Хотел бы поделиться с вами.

– Зачем?

– От чистого сердца. Порыв.

– Нет.

– От чистого сердца.

– Нет, нет, и еще раз нет.

– Почему?

– Вы неверно трактовали мою аллегорию.

– К аллегории это не имеет отношения. Мне хотелось еще до аллегории.

– Облагодетельствовать?

– Нет, просто так.

– Сделать приятность?

– Вот именно сделать приятность.

– Это не помешает нашему философскому путешествию, как думаете?

– Ни в коем случае.

– У вас нет в мыслях, будто бы я клянчил у вас деньги?

– О чем вы говорите?

– Нет у вас в мыслях, будто бы я просил у вас подаяния?

– Нет.

– Тогда можно. Тогда я приму. Может быть, книжек куплю… Не сомневайтесь, у меня случаются такие фантазии. Книгочей и книголюб, ибо есмь.

– Я тоже люблю читать.

– Тогда можно. Тогда я приму.

– Спасибо.

– Себе оставьте хотя бы немного.

– Спасибо.

Сомнения мои окончательно улетучились – мы оба были готовы к акту милосердия.

Я полез в карман за кошельком.

Дождь не переставал.

– Живая вода, – сказал Кулик.

Заоблачное искусство

Кулик сказал:

– Знали бы вы, как порадовали меня своим изводом пьяниц! Ах, уж эти изводы, списки, реестры, регистры, каталоги. Все там, и всё… Мир рассыпался, разлетелся без всякой атомной бомбы. В одночасье. Мы первоначально и заметить не успели.

Потом глядь – где что? Или нет того, что было или присутствует, но вверх тормашками. Или на полочке лежало, а теперь в мусорном ведре. Или нет уже того, что было. Откуда что? Почему? Кто перевернул и разметал?.. Я догадываюсь, но думать об этом, тем более говорить не хочу. Как говорится, что имеем, то имеем. Однако оставить все в таком бедственном положении права не имеем. Это не все, но многие понимают. Вот теперь заново собираем по кусочкам. Я и другие.