Любви много не бывает, или Ступеньки в вечность

Мог ли он подумать из того прекрасного далека – из солнечного, тихого, окруженного любовью бабушки детства, – что в жизни ему придется пройти унижения, нищету, голод и еще много такого, о чем не хочется вспоминать?

Те, кого растила бабушка, сразу поймут, какое море любви изливалось каждый день на единственного внука, который еще к тому же в трехлетнем возрасте сломал ногу и навсегда остался хромым.

Лучшая еда, исполнение малейших прихотей, новые игрушки – все, о чем только может мечтать любой мальчик.

По поводу воспитания аксиома известная: человек моментально привыкает к хорошему, а отвыкает с трудом. И бабушки, мол, только портят будущее поколение, воспитывают избалованных, слабовольных, бесхарактерных личностей. Но, видно, нет правил без исключения.

Начало жизни Эквтиме было типичным для дворянина того времени. После Кутаисской гимназии и Петербургского университета он вернулся в Грузию и стал преподавать латынь, греческий и естественные науки в Тифлисской гимназии.

Все свободное время он посвящал поездкам по Грузии и сбором древних рукописей по монастырям.

Хромота и неизменная спутница – палка не мешали ему постоянно путешествовать и выезжать в бывшие грузинские земли, которые давно стали турецкими. Именно там вера, заложенная в детстве бабушкой, дала свои ростки.

Изучая росписи разрушенных храмов Тао-Кларджети, невозможно было не почувствовать благодать, которой дышали эти старые камни.

В 1894 году Эквтиме женился на Нине Полторацкой, дочери известного тифлисского адвоката. Говорят, мужчины забывчивы, не помнят ни день свадьбы, ни сколько лет прошло с этого дня. Это точно не про него. Хорошо жениться – считай, на всю последующую жизнь себе надежный тыл обеспечить. Не каждая жена поймет и оценит любимое дело мужа, которое часто не приносит ничего, кроме убытков.

С Ниной ему повезло. Никогда она не устраивала ему сцен, даже когда он возвращался домой пешком, отдав за редкую рукопись карету или лошадей – и лишь для того, чтобы сберечь по крупицам великое прошлое, не дать ему уплыть в руки зарубежных частных коллекционеров.

Сейчасв ночной тиши образ Нины стоял перед глазами как живой. Еще и еще раз муж, намного переживший свою жену, задавал себе вопрос: имел ли он право обрекать любимую на столько страданий, которые выпали на его долю. Кто знает, может, выйдя за другого, Нина была бы до сих пор жива.