Осень Локи

 – Что ты вкладываешь в это слово? Я останусь равным вам, мы продолжим захватывать земли, обманывать цвергов и великанов, грабить и убивать, а после пировать в чертогах Одина?

Гость ничего не ответил, и он продолжал:

– Ты молчишь, потому что этого никогда не будет! Но до сих пор ты говорил чужими словами, друг! Скажи, а чего добиваешься ты сам? Или боишься быть кем-то услышанным?

– Я никого не боюсь! – вспылил тот. – Ты прав, до сих пор я выражал волю богов. Но от себя добавлю: я ничего не забыл и хочу спасти тебя.

– Спасти от чего? – Разбитый рот Локи искривился в усмешке. – От смерти? Ты же знаешь, пока не наступят сумерки богов, мы ей неподвластны. Ни один из обитателей Асгарда не может убить другого.

– Нет, – покачал головой Тор, с болью глядя в искаженное лицо друга. – От того, что гораздо страшнее смерти.

Повисло тяжелое молчание.

– Если у тебя все, то я больше не задерживаю, – наконец язвительно проговорил Локи и поморщился: – А то руки затекли.

Тор не двинулся с места, и он продолжал:

– Станешь уходить, попроси принести воды – мне надо умыться, да и смыть кровь не помешает.

И когда уже будет завтрак?

У посетителя дернулась бровь, но больше он ничем себя не выдал. Тор бросил последний взгляд на изломанную фигуру, скорчившуюся на полу в неудобной позе, молча повернулся и стукнул в дверь кулаком, призывая стражу.

Глава 4

Знакомые на информационных технологиях

Да, у меня были знакомые на информационных технологиях. Но я не могла взять в толк, какое они – точнее, он! – имеет отношение к Пашке Торопову.

Эта история началась прошлой зимой, когда я приехала в родной город на каникулы и отправилась в школу на вечер встречи выпускников. Я была морально и физически измучена своей первой в жизни сессией и жаждала хотя бы на полдня вернуться в прошлое, снова ощутив себя беззаботной школьницей.

Не вышло – я все равно чувствовала себя там чужой, хотя с момента последнего визита в школьные стены прошло немногим более полугода.

Все неуловимо изменилось, и оттого, что я мучительно пыталась встроиться в школьную реальность, одиночество и неприкаянность ощущались еще острее. Если бы не встреча с Максимом…

Одиннадцатиклассник, участвовавший в праздничном концерте, относил костюмы в кладовку, расположенную в старом здании школы, куда я явилась в приступе ностальгии. После этой встречи между нами возникло некое притяжение, мы оба его чувствовали, но не знали, как выразить.