Оркестр Биркенау

Она посмотрела прямо в глаза фрау Мандель и сказала:

– Я просто попросила одеяла и матрасы, потому что здесь невозможно спать на голой земле.

Мария Мандель так её звали, она была комендантом над женской половиной лагеря Аушвиц-Биркенау. Она с удивлением посмотрела на Альму, потому что поразилась её смелости, во-первых, попросить одеяла, а во-вторых, что она повторила эту просьбу и ей, не испугавшись её. Потому что её боялись больше остальных надзирательниц, её даже прозвали «чудовище». Она сказала Альме:

– Мы никому не даем одеял и матрасов.

А вашему бараку тем более, потому что завтра вас убьют. Зачем вам одеяла?

Альма попыталась встать в этот момент, но у неё не получилось, тогда она села на землю и снова посмотрела в глаза Марии Мандель и сказала ей:

– Раз нас завтра убьют, то позвольте мне сыграть на скрипке, чтобы нам не так были тягостны часы до казни.

Марию эта просьба ещё больше удивила, чем просьба про одеяла и матрасы. Она спросила у Альмы:

– Вы умеете играть на скрипке?

– Да умею, до войны я работала музыкантом.

 – ответила ей Альма.

– А вы хорошо играете на скрипке? – снова спросила у неё Мария Мандаль.

– Да. По крайней мере люди, которым я играла меня хвалили.

– Хорошо. Сейчас проверим как вы играете. – после этих слов Мандель обратилась к охраннику, который бил Альму и приказала ему. – Принесите ей скрипку. Музыкальные инструменты у нас находятся во дворе, где мы принимаем новых людей.

Он сразу же отправился выполнять её поручение.

Через несколько минут он вернулся со скрипкой в руках. Альма увидев, у него в руках – скрипку, сразу вскочила на ноги и взяла её в руки, как только он ей её протянул. Глаза у Альмы загорелись и она начала разглядывать скрипку, к её удивлению это была та самая скрипка, которую она видела среди кучи инструментов. Она сразу её узнала. Скрипка была новая, она даже ещё сохранила запах лака, которым её покрыли. Альма взяла скрипку и приготовилась играть, проведя смычком по струнам она остановилась и сказала:

– Я хочу сыграть не с целью, чтобы вам понравиться, а чтобы женщины в моем бараке расслабились перед завтрашней казнью.

И хотя бы перед смертью послушали бы настоящую музыку, а не ту, что играл ваш оркестр сегодня утром!

После её слов офицеры, которые стояли рядом с Марией Мандель переглянулись и вопросительно посмотрели на неё, чтобы увидеть как она отреагировала на слова Альмы об оркестре. Но она видимо осталась равнодушной к её словам.