В потоке поэзии – 4

Пустите весну

Густая серость. Лёд-янтарь,

впитавший жижу тёплых дней.

Разлёгся в пустоши февраль.

Зима проходит. Вслед за ней

спешит весна. Весна, как сон,

кошмар ночной иль просто бред.

С грозою первой вновь озон

насытит воздух. Не во вред

пробьётся лист, польётся свист

с небес от птиц, пойдут дожди.

Весна – она рецидивист!

Весна – она промолвит: «Жди!»

Стою и жду весну опять.

Балкон с капелью протечёт.

(Живу на пятом.) Нужно взять

лопату – скинуть с крыши лёд —

пустить весну.

Быть может снег ещё пойдёт…

Пускай лежит ледок-янтарь,

но солнце пусть растопит лёд

в душе моей, в душе твоей.

Спеши весна! Весна, как сон.

Весна, как зелень майских дней.

С грозою первой вновь озон…

Усталость

Приходил на завод, уходил я с завода,

уставал каждый день, словно жил я во сне.

Механический труд за каких-то полгода

надоел до мурашек. По бурной весне

я покинул тот цех, где крутились станочки,

и блестящий металл разлепёшивал пресс

– пятачки, кругляшки получались цветочки

(где лишился фаланги Антон Антарес.

Не серчайте, родные копчённые стены,

не ругайся, кобель на цепи у ворот,

я найду работёнку полегче, без смены,

и дорога судьбы увильнёт в поворот!

Я отправлю рассказы в изданья Поволжья

и подборку стихов для «Сибирских Огней».

Не ответят «Огни» – не считают возможным

на страницах своих незнакомых людей

размещать. Ну и пусть! Обнадёжат в журналах,

где найдётся местечко простецким стихам

о крестьянах, полях, поездах и вокзалах,

о свободе степной, где туман по утрам

заслезится в траве.

где не травит весь день механический шум,

и не давит на психику мастер – бабёнка,

и поэзии строки приходят на ум…

Лодка жизни

Бывает окутает небо печалью,

и всё в этой жизни покажется злом,

и лодка от пристани скоро отчалит,

и волны пойдут за широким веслом.

Куда же стремиться в порыве исканий?

Остаться на грани житейских забот

в работе бессменной, в петле добываний

на хлеб наш насущный? Иль в вере оплот

найти для себя, проклиная пороки?

От мира уйти в канонический рай.

Навряд ли того нам желают пророки,

что смотрят с небес на поверженный край

земной, одичавший, стремящийся к тленью,

но всё же несущий надежды росток!

Пристрастный к высокого неба веленью

хотя бы однажды, но сделать глоток

любви неподкупной… Бывают печали.