Книга Cнов

За что неловко? Ей, женщине, родившей и вырастившей четверых детей, ей, обслуживающей 2-этажный дом и надворное хозяйство? Ей, живущей с мужчиной-ураганом, бесконечно пытающимся реализоваться через рождение сына, награждающим ее множеством детей рожденных и множеством уже никогда не рожденных, ей было неловко перед этой дамой с плоским животом и лицом без лика.

Вперед вышла Ин. Она закрыла мать спиной и вперила взгляд в обезличенную особу. Продавщица, повидавшая на своем веку интересные типажи, сразу заметила, что девушка очень красива, кроме того, одета со вкусом.

Ин решила поиздеваться над ней.

– Будьте добры, покажите мне вот это платье. Отличная модель. – Девушка смотрела на даму с насмешкой и безошибочно угадала бренд.

– Да, Вы правы, – продавщица была немного сконфужена, затем собралась, готовясь к новому нападению.

– Я примерю его. – Ин жестом королевы, как умела Энжи, показала даме на примерочную.

Недовольная дама, совсем не ожидавшая, что провинциалки окажутся такими настойчивыми, молча начала обслуживать Ин.

Дама только успевала подносить наряды, девушка была настойчива, властна и вела себя так, словно этот бутик был собственностью ее подруги.

– И еще принесите кофе моей маме. Она устала.

Сглотнув слюну злости, продавщица, осыпая тысячью мысленных проклятий провинциалок, отправилась за кофе.

– Покажите мне еще вот эти модели. – Ин разошлась не на шутку. Когда она примерила красное, со стразами платье, даже продавщица ахнула.

– Да, это платье смотрится великолепно, – сквозь зубы процедила она.

– Нет, Вы ошибаетесь, великолепно смотрюсь я! – самодовольно заключила Ин. Продавщица хмыкнула и замолчала.

– Да, Вам идет. Желаете приобрести? – снова стервозно спросила продавщица, пристально глядя на девушку.

Ин обернулась к матери, в ее глазах была мольба. Обычно ей ни в чем не отказывали. Одежда у нее была только модная и дорогая. Но дизайнерских вещей, купленных в московском бутике, у нее еще никогда не было.

– Сколько? – спросила мать, вытаскивая кошелек.

– Три тысячи, – ответила дама с черными глазами, ее интонация была безразличной, хотя взгляд выжидающе был направлен на мать.

Мать отсчитала три тысячи рублей и подала продавщице.