Псы Америки. Фонд Правосудия

Та чуть покусывает губки в клубном платье – нарядиться больше не во что.

Люди поняли и простили – хватило на застолье с обручальными кольцами, ну и ладно.

Саня вел себя сдержано по отношению к новобрачной – даже, может быть, несколько отстраненно. Ни единым жестом или словом не показывал, что они уже давно имеют интимные отношения.

Так, в какой-то степени идиллически начиналась семейная жизнь Оли из Харькова и Сани, прописанного у брата в Красноселке, ну и мелкой, конечно…

Саня однажды лениво прикинул, что у него было не менее ста случайных женщин в кабине «камаза».

А к спиртному он всегда был равнодушен. То есть у Готовцева совершенно не было болезненной потребности к алкоголю – по поводу или без.

Но в кампаниях любил бывать. Ему нравилось наблюдать ералаш, который устраивали подвыпившие. Он смеялся, острил, притворялся пьяным, умышленно поддакивал чепухе, которую несли потерявшие душевное равновесие собутыльники. Саня мало пил и много веселился…

А где еще веселиться, как не на собственной свадьбе?

И славно повеселились – от души.

Про повод забыли, кажется – ведь невеста же без фаты.

А Саня, совсем не пьяный, убеждал брата в курилке, предварявшей мужской туалет, что Путин Путиным – у него свои методы ведения СВО. А нужны новые, народные – на террор бандеровский отвечать террором российским. Иначе весь мир русских будет считать тряпками. Время такое – не добиться победы в белых перчатках…

Александр, безусловно, любил Россию и желал ей только победы, но его методы борьбы с врагами были своеобразные – не разделял он общепринятой точки зрения.

Вот тогда же он рассказал Глебу о похищении Туркеева, как пример борьбы с врагами Малороссии. Намекнул, что средства «кое-какие» для террора у него теперь есть, хотя всего не поведал брату. Но признался, что очень хочет участвовать в государственном обустройстве новой республики.

– Мне кажется, Путин не понимает донбассцев – они уже не хохлы, но ещё не россияне. Им надо нечто другое, а то они могут встать на дыбы…

На что Глеб махнул рукой пренебрежительно:

– Как в Кремле скажут, так и будет.

Саня вскипел:

– Это отсюда тебе кажется, а там война, и до победы ещё далеко. Есть ещё время и будут возможности убедить Путина в нашей серьезности.

– А Пушкарева уже убедил?

– Считай – наш человек.