Куба – любовь моя

Или просто выбросили за ненадобностью, как проношенный носок, на свалку истории вместе с марксистской символикой и тоталитарным мышлением. Железнодорожные кассирши разных возрастов меня не понимали и футболили от одного окошка к другому. Технический английский не выручал. Я хотел выяснить: можно ли в Праге купить билет первого класса до Москвы на поезд, проходящий через Брно, оплатив при этом лишь дорогу Брно – Москва. А также узнать его стоимость. После долгих мытарств от окошка к окошку и обоюдного непонимания мне, наконец-то, вдолбили (уже в кабинете начальника вокзала), что есть два билета до Москвы в купе первого класса на поезд, проходящий через Брно, на такое-то число.

Но поскольку я покупаю его в Праге – нужно и оплатить дорогу от Праги.

– Сколько это будет стоить? – спросил я и затаил дыхание.

Кругленький доброжелательный начальник, единственный из здешних, кто отнесся с пониманием к моей тупости, порылся в книге и назвал цену. Она оказалась смешной. Денег хватало за глаза и еще оставалось достаточно.

Я даже не поверил сначала и переспросил. Начальник любезно написал сумму на бумажке и сказал, чтобы я шел оплачивать билеты в кассу номер такой-то. Я обменял необходимое количество долларов с небольшим запасом в привокзальном обменном пункте и подошел к кассе с указанным номером.

Молоденький юноша-кассир долго потел над билетом, все время сверяя что-то с компьютером. Наконец он вручил мне его в виде тонкой длинной книжицы и показал пальцами, что это на два лица. Я небрежно расплатился.

– Мусите оплатит мистенку, там, долу, – сказал он по-чешски.

– Что еще оплатить? – не понял я.

– Мистенку, мистенку. – Он энергично артикулировал. – То е йизденка, – он показал на мой билет, – а мусите оплатит мистенку. Долу, долу. – Он показал пальцем вниз.

Я пожал плечами. Похоже, надо было еще что-то оплатить. Может быть, страховку?

На первом этаже над окошком кассы я заметил знакомое слово «мистенка» и сунулся туда. Кассирша пролистала мой билет и назвала сумму к оплате.

Я не среагировал. Тогда она написала сумму на листочке бумаги и просунула под стекло мне.

Я ожидал подвоха. У меня было предчувствие, что в этом с самого начала ощетинившемся против меня городе все так гладко закончиться не может, но то, что я прочел на листочке – повергло меня в шок. Это был нокаут. Я даже физически ощутил, как моя полуседая «крыша» надвинулась на брови. Написанная сумма была ненамного меньше той, которую я уже уплатил в кассе наверху.