Куба – любовь моя

Я взял ее за плечо: «Что это?» Она придвинулась ближе и, показав на рисунок, как бы уколола его несколько раз иголкой. «Какой ужас», – сказал я. Мартина тихо смеялась. Мне вдруг жутко захотелось поцеловать это плечико с рисунком. Наверное, почувствовав мое устремление, Мартина чуть-чуть, самую малость, отодвинулась и, не переставая улыбаться, показала на часы. Похоже, лента оборвалась на самом интересном.

За полтора часа ожидания Мартины я успел прогуляться к стоянке такси, убедился, что свободных машин там больше, чем клиентов, и успокоился.

Да и сама стоянка была рядом.

Мы не спеша подтащили вещи к машине, загрузились и уже минут через десять подкатили прямо к знакомой нам остановке, с которой несколько часов назад так опрометчиво удрали. Мартина достала деньги, но я убрал ее руку и расплатился сам.

Места в автобусе нам достались не из лучших: на заднем колесе. Было жарко, и я потек. Мартина достала платок и вытерла мне лицо.

– Мне кажется, что я тебя знаю очень давно, – сказала она.

Удивительно. Именно в этот момент я подумал о том же.

Казалось, утомленный жарой город не хотел выпускать нас из своего лабиринта и все куда-то крутил, разворачивал и останавливал на перекрестках. Мартина показывала в окно достопримечательности или рассказывала о знакомых ей местах. Я делал вид, что понимаю. Сердце напоминало о себе редкими перебоями. Я было запаниковал, но быстро взял себя в руки и постарался расслабиться и не думать о плохом.

Когда выехали на скоростную магистраль, публика в автобусе потихоньку прекратила свой щебет и стала задремывать. Мартина положила голову мне на плечо.

– Уи хэв литл тайм, – сказала она. – У нас мало времени. – Я обнял ее, и она прижалась ко мне сильнее.

Слепое орудие Провидения, махина-Икарус, бесстрастно мчал нас, обгоняя клопов-частников, к конечному пункту наших приключений под названием – Развязка. Как будто торопился исправить ошибку судьбы, что так легкомысленно свела в это утро наши пути.

– Тебе не мешает это? – спросила Мартина и ударила кулачком по подлокотнику, что разделял наши кресла.

– Мешает, – ответил я и не узнал своего голоса. – Перелезай ко мне. – Она тихонько мотнула головой.

Дорога была гладкой, и мне показалось странным, что Мартина как-то не в такт вздрагивает на моем плече. Я повернул ее лицо к себе.

– Ай вонт ю, – глотая слезы, беспомощно сказала она. – Я хочу тебя.