Омут Царевны

Тебе сколько лет?

Тоже всем известно, но Арина хочет ее унизить, заставив произнести это вслух.

– Вы и так знаете.

– В курсе, сколько Елисею?

Василиса очень старалась себя контролировать, но постепенно начинала закипать. Нет, блин, совершенно не в курсе, сколько лет парню, ночующему в ее постели!

– Елисей совершеннолетний.

– Ага, целых пару месяцев.

Терять было нечего, и она не стала церемониться.

– Вопрос-то в чем?

– Вопрос в том, чего ты хочешь, – заявила Арина, нисколько не смутившись.

Видимо, хорошо подготовилась к беседе. – Если просто поиграться с мальчиком, то еще ладно, хотя, конечно, нас всех это несколько напрягает. А если строишь далеко идущие планы…

– Арин, тебе сколько лет? – перебила Василиса.

– Тридцать, – гордо заявила та.

В ее тоне отчетливо читалось: «всего тридцать, и у меня уже все есть – муж, дети, деньги. А ты зависишь от своих учеников и от безысходности снимаешь мальчиков, которым вообще все равно, с кем…»

– Рада за тебя, – ровно проговорила она.

 – А планы свои я буду обсуждать с Елисеем. Когда сочтем нужным сообщить, вы обо всем узнаете.

Водился за ней такой грешок – нервничая, начинала изъясняться высокопарно и излишне правильно, словно по учебнику. На многих действовало отрезвляюще, сбивало с толку, но только не в этот раз.

Арина шагнула к ней и прошипела прямо в лицо:

– Если надеешься в семью втереться и на наследство претендовать, то ничего тебе не обломится!

Василиса тяжело вздохнула. Да они тут все просто помешались на наследстве! Ни о чем другом думать не могут.

Эта-то что волнуется: племянница – даже не первая очередь. У нее свой папа есть. Или отец Елисея всю родню в завещании указал, вот сестрице и не хочется делиться? На что она рассчитывает, интересно: Елисей никогда не женится и у него не будет детей? Или надеется, что это произойдет не скоро, когда ему стукнет лет сорок?

– Думаешь, я с Елисеем из-за денег?

– Не знаю! Ты мне скажи.

Она отбросила церемонии:

– Бесполезно.

Все равно не поймешь.

Арина издевательски прищурилась:

– Ой, какие мы уникальные и все из себя возвышенные! Ничего нас не интересует, кроме большой и чистой любви! У тебя-то, понятно, последний шанс, а Елисею, думаешь, это зачем? Потрахается с тобой, пока не надоест, спермотоксикоз пройдет, почешет ЧСВ, что училке вдул, и бросит тебя на фиг…

– И что вас тогда заботит? – спросила Василиса, удивляясь, как спокойно все это выслушивает.