Мёртвые люди – уже не люди

И вот ещё: Александр I долгие годы хранил воспоминания о розе и прощальных словах императрицы. А после того как в 1825 году трон от Александра I перешёл к младшему брату Николаю Павловичу, принцесса Шарлотта Прусская, жена Николая I, упоминала среди любимых цветов и белую розу. Ещё будучи принцессой, она получала от Николая букеты из атласно-белых роз (aud Malmeison). А в юности Шарлотту называли «белым цветком» – Бланшефлёр.

– Бланшефлёр… – повторил задумчиво сонный Фингел. – Откуда это?

– Это имя героини средневекового романа «Floire et Blancheflor» («Флуар и Бланшефлор») … Бла-бла-бла… Тут дальше ещё идёт упоминание о празднике Белой Розы – Fest der Wei?en Rose.

Иногда праздник называли «Волшебство Белой Розы» – Der Zauber der wei?en Rose, – с диким акцентом прочитал Лэйн. – Он изображён на картинах художника Адольфа фон Менцеля и упоминается в других…

– А о чём именно идёт речь в романе «Флуар и Бланшефлор»? – мистера Фингела явно заинтересовало услышанное.

– Не так быстро. Надо же изучить, – Лэйн Хоггарт почесал затылок (будь там рой вшей, они бы точно отскочили, а нужно было просто сменить шампунь) и продолжил, прочитав почти идеально.

 – А вот здесь уже есть информация об опровержении названия любимого сорта розы Шарлотты Souvenir de la Malmeison. Якобы этот сорт был выведен лишь в 1843 году.

потому что er wei?en Rose»ике»

– Дай посмотреть… – Фингел забрал у Лэйна распечатанные листки бумаги и поморгал часто глазами уже по привычке, чтобы сконцентрироваться.

Всё происходящее казалось ему чьей-то больной фантазией, аномалией. В этот момент вошла судмедэксперт, и лицо Лэйна расплылось в трогательной улыбке. Он небрежно подкинул подруге шоколадную конфетку в золотистой обёртке, и та на лету поймала её рукой.

***

После беседы с Уильямом Юханссоном что-то стало проясняться, но всё равно отчасти, как вкус супа со съедобными, но редкими ингредиентами.

Профессор был уверен, что у маньяка своя устойчивая философия, он безжалостен, непоколебим и не собирается останавливаться.

В каком-то смысле он незаметен или легко перевоплощается. Поэтому искать определённый образ пока бесполезно.

Уильям ещё раз подчеркнул, что сам маньяк определённо точно являлся или даже продолжает являться жертвой. И, скорее всего, он очень долго продумывал план, у него даже могут быть союзники или он ищет их.

«Не хватало ещё, чтобы у этого монстра появились союзники», – подумал Фингел и содрогнулся.