Мёртвые люди – уже не люди

И, пока Гарри изучал снимки, Моро осмотрелся.

Вокруг гигантских и маленьких машин и столов вдохновлённо суетились инженеры и разнорабочие. В этом помещении все они как один находились в фартуках и защите. За одной из таких машин сидел щупленький мужчина с сальными длинными волосами в необычных очках с двойными стёклами. Верхние тёмные стёкла приподнимались вверх над круглыми прозрачными. Он импульсивно вскочил с места, отчаянно радуясь и размахивая руками в чёрных перчатках, зазывая коллег. Из машины вырвалось сверкающее излучение, и это означало, что некое колебание повлекло за собой долгожданный прогресс, прорыв или даже результат, и подбегающие рабочие гордо хлопали его по спине, называя «профессором».

Сбоку от них разделяющая стена через несколько арок плавно перетекала в другие залы, где происходили другие манипуляции, и кто-то бегал из одного помещения в другое и обратно. А позади них, напротив входной двери, вдалеке, через окно, виднелись недвижимые, окутываемые синей вечерней плёнкой сгущающихся теней серые здания с вылетающими из них струйками дыма, загрязняющими город.

В окнах домов уже зажигался свет, оживляя помещения волшебным образом и наполняя ароматом ночной жизни. Но Фингел никуда не спешил. Правда являлась для него Святым Граалем, и он внимательно рассматривал всех присутствующих.

Все футуристические элементы антуража и стиля завода считались обыденностью для рабочих и инженеров, как и их спецодежда, но Моро виделось, что он окунулся в другое время, в прошлое или, наоборот, в будущее, а быть может, даже в параллельную реальность.

***

В главном морге Моргевилля лежало уже остывшее тело молодой женщины, работающей ещё совсем недавно на этом секретном предприятии, и мистер Моро заинтересованно разглядывал инженера Гарри, потому что узнавший её по фотокарточке скривился от ужаса, как, впрочем, и Моро, когда осматривал тело.

Внезапно погас свет, но тут же зажёгся. А значит, на долю секунды могло замкнуть и систему электроснабжения. Гарри осмотрелся вокруг себя: в главном зале никто не пострадал, и где-то в углу от станка полетели новые искры.

Он вернулся к фотографии, а точнее – к изучению на ней изуродованного тела.

– Да-а-а-а. Это Ноа. Ноа Скотт. У неё ещё был заметно сколот передний зуб. Заметно… Она устроилась сюда где-то полгода назад. – Гарри закашлялся, отлепил тяжёлую подошву от пола и, сделав несколько шагов, положил уже мешающие ему сконцентрироваться дёргающиеся пружины на ближайший стол.