Потерянные жизни

Через некоторое время он уже мог общаться с некоторыми приятелями. Тренируя, таким образом, свой характер, он понемногу, словно рыба из воды, стал вырываться из своего безмолвия. И всё же, как вода для рыбы, это безмолвие оставалось его стихией. Он любил больше молчать, чем о чём-нибудь говорить. Но понимая, что это не даст ему возможности, осуществить своё тайное желание – познакомится с какой-нибудь женщиной, он стал пересиливать себя, для чего стал вступать в разговоры. Для того, чтобы улучшить свою речь и как-нибудь её разнообразить, он обратился к книгам, которых немало осталось от отца.

Читал он медленно и как-то неуверенно, без всякого интереса к описываемым событиям. Чужие, давно прошедшие человеческие жизни были непонятны и даже глупы. Глупы были поступки людей, их мечты и цели. Читал он и про девушек и его удивляла их бестолковая восторженность и беспечная радость по поводу всего, что светиться, блестит, сверкает, зеленеет, цветёт, звенит птичьими трелями. Жизнь обилием красок изумляла их, вселяя уверенность и необъяснимую надежду на будущее. Но, его насторожили трагические моменты жизни этих девушек, когда они, обманутые любимыми, потеряв смысл жизни, шли навстречу своей погибели. Но почему-то, именно эти моменты их жизни, описанные в книгах, не особенно волновали Виталия.

3

Какую-то пользу, может быть, и принесли ему книги, которые он прочитал. Но, как и прежде, читал он неохотно, равнодушно относясь к похождениям героев, из которых автор одних любил, других презирал, описывая в мрачных красках.

Да и читал Виталий отрывками, пропуская порой целые эпизоды, целые пласты человеческой жизни. Особенно не любил читать он про описание природы, про самочувствие людей, про их настроение, переживания, чувства, хотя может быть именно этим и ценны любые книги. Виталий считал, что в книгах никакой правды нет – всё это выдумки писателей. Но даже при таком чтении книг словарный запас в нём, немного расширился. Появились новые слова в лексиконе. К своему удивлению, он даже поспорил однажды, с одним из своих знакомых о смысле жизни. Спор был довольно коротким. Виталий утверждал, что в человеческой жизни нет смысла. Что жизнь любого червяка более полезна, чем человека, живущего лишь ради себя. Так ли думал он на самом деле, неизвестно, но сам этот спор доказывал, что Виталий приобрёл способность общаться с людьми. Начал он заговаривать и с девушками. Но не все они ему нравились, и не всем нравился он.