Любовь выше суда

– Лена, я проконсультировался с коллегами: всё в порядке, мы можем приступать к операции, поэтому завтра постарайтесь быть в поликлинике к восьми часам утра, сможете?

– Завтра? – Лена как будто не ожидала, что всё случится так скоро – Завтра… да, конечно, смогу.

– Только точно, потому что у нас плотный график и не должно быть срывов в работе, – спокойно предупредил её Сергей Леонидович.

– Хорошо, Сергей Леонидович, я точно буду завтра к восьми часам у вас в кабинете.

– Нет, Лена, подходите не к кабинету, а в ординаторскую к Свете.

Она вам всё расскажет и приготовит к операции, договорились?

– Да, хорошо, – ответила Лена безжизненным голосом, слово «операция» повергало её в какую-то пустоту. – Да, я непременно буду.

– Тогда до завтра. И последнее, – повисла некоторая пауза, – непременно помолитесь, это важно. Ну, прощайте, до завтра.

– До завтра, – ответила Лена и отключила телефон.

«До завтра», – повторила она уже про себя, задрожав всем телом от осознания того, что с этого момента начался отсчёт времени до операции.

Войдя в квартиру, она, как уже обычно в последние эти дни, не заходя на кухню, прошла в свою комнату, закрыла дверь и, раздевшись, легла в постель. «До завтра», – звучало у неё в голове. – До завтра. Господи, лишь бы не сойти с ума!»

Спустя некоторое время в комнату вошла мама:

– Дочка, что с тобой? – спросила она, сев на край кровати.

– Ничего, всё в порядке, мам! – как можно спокойней пыталась ответить Лена.

– Лена, я же вижу, что с тобой что-то творится.

Я же твоя мама и потому от моего сердца не может укрыться ни одна твоя тревога. Что с тобой, дорогая моя дочка? – тихо и мягко спросила Татьяна Николаевна.

– Мам, ну, правда, всё хорошо! – уже нервничая, отвечала Лена.

– Точно?

– Точно!

– Ты, знаешь, у любой мамы есть внутренне безошибочное чувство, оно даёт о себе знать каким-то особенным беспокойством, совсем не похожим на обычное беспокойство. Его появление – это верный знак того, что с ребёнком что-то не так.

И ты знаешь, моя дорогая дочка, это чувство сейчас мне говорит, что с тобой что-то не так. Но если ты настаиваешь на том, чтобы я не вмешивалась в твои проблемы, а я чувствую и вижу, что у тебя проблема, то я не буду настаивать, чтобы не раздражать тебя. Ты уже взрослая, и я искренне надеюсь, Леночка, на твоё благоразумие. Хотя мне, как матери, и трудно вот так оставлять тебя, поверь, очень трудно, но доверюсь тебе. Даст Бог, всё у тебя будет хорошо.