Дыхание рассвета

Прочитать, что было написано на типовом бланке, не представлялось возможным, так как больше всего это походило на наскальные письмена давно вымершего народа.

В отделе кадров женщина равнодушно посмотрела на бумажку, потом на меня.

– Странно, обычно оттуда все переводятся, а вы, наоборот, туда. Вот здесь распишитесь. А через неделю зайдете подписать договор.

– А куда меня отправили?

Женщина удивленно подняла на меня глаза.

– Вас направили в корпус для неизлечимо больных людей, и как я понимаю по собственному желанию.

У меня даже ноги обмякли, вот так вот, из огня да в полымя. Не зря говорят: «Бойся своих желаний».

///

Следующим утром я уже был на новой работе. Из-за пропускной системы и решеток здание больше напоминало тюрьму. Сюда направляли тех больных, шанс на выздоровление которых был ничтожно мал. Среди персонала, это место имело название «крайней станции перед моргом». Инфекционное отделение было отгорожено от основного здания. Сотрудники, трудившиеся там, перед входом проходили санобработку и надевали форму, напоминающие скафандры космонавтов.

Меня направили в место, где содержались пациенты больные раком. У меня сразу отлегло от сердца, ведь раком нельзя заразиться. Функции мои сводились в уходе за больными, проверке их состояния, и дежурствах по ночам.

– Ты ведь человек не семейный, – втолковывала мне главный врач. – Поэтому тебя будем чаще ставить на ночное дежурство. Наберешься опыта, закончишь обучение и возьмем тебя на работу.

Разумеется, я согласился, ведь устроиться на работу после обучения ни в самом престижном колледже было очень тяжело.

В лучшем случае, тебя могли отправить в далекое захолустье где-нибудь на окраине материка.

Работа была на удивление несложной. В основном больные раком лечатся дома и только в запущенных случаях людей помещают в больницу. Сами пациенты больше походили на ожившие скелеты. Лучевая терапия творила с ними невообразимые вещи: лысые головы, обтянутые кожей тела, потухшие взгляды. Почти все время они сидели по своим палатам, выходили, только чтобы пройти необходимые процедуры и возвращались обратно.

Палаты запирались на ночь, хотя в этом не было никакой нужды, ведь большинство больных были слишком слабы для попытки побега.

Так пролетела неделя. До обеда я посещал занятия, после шел на работу. Весна вступала в свои права, всюду царило оживление, на деревьях появлялись почки. А в раковом отделении смена сезонов года не несла никаких изменений.