Худший Друг – Лучший Враг. Роман о бизнесе, жизненном выборе и любви

Николай попытался понять свое состояние, ведь эти мгновения могли кардинально изменить его жизнь. Он удивился, что не чувствует ни капли сомнения в принятом решении: состояние было абсолютно спокойным, рука тверда, сердце билось ровно. Никаких других мыслей не было, а значит, и не было повода сомневаться. В коридоре послышались шаги, все посмотрели в ту сторону. Дверь немного приоткрылась и заглянула перепуганная секретарша.

– Заходите, – приказал Николай.

– Я только…

– Заходите, – он повысил голос.

– Я только хотела сказать, что вернулась с обеда, Исаак Львович, – почему-то протискиваясь боком в щель, но не распахивая дверь, промямлила секретарша.

– Садитесь на стул и молчите.

Дверь энергично открылась. Почти бегом в кабинет вошли Пал Палыч, начальник службы безопасности и еще какой-то смуглый мужчина лет тридцати с небольшим.

– Николай Константинович, ваша дочь уже в вашей машине, – говорил, направляясь к Николаю, Пал Палыч, – с ней все хорошо.

Николай, Фиртель-старший и Пал Палыч одновременно взглянули на часы.

– Через неделю ты вернешь мне долг, как и договаривались, – утвердительно произнес он, наклоняясь к Исааку Львовичу.

Фиртель попытался что-то ответить, но стал судорожно хватать ртом воздух, еще больше побледнел, на лбу выступил пот, и он медленно завалился на бок.

Одновременно Фиртеля-младшего стало рвать. Рвотные массы извергались на его же ноги, но он даже не пытался что-то сделать.

Секретарша громко закричала и схватилась за голову.

Пал Палыч подхватил Фиртеля-старшего, положил на пол и стал расстегивать рубашку, ослабляя галстук.

– Вызывайте скорую и откройте окно!

Он быстро отдавал распоряжения секретарше.

– И отведите куда-нибудь этого, – Пал Палыч махнул рукой на Фиртеля-младшего.

Николай обвел взглядом комнату, словно хотел зафиксировать ее в своей памяти, и направился к дверям.

– Я загляну к вам в офис ближе к вечеру, – вслед ему крикнул фээсбэшник.

Около семи Пал Палыч появился у Николая.

– Завьюжило к вечеру, – произнес Николай, глядя на маленький сугробик снега на шапке гостя. – Раздевайтесь, Пал Палыч. Чай, кофе или коньяк? Коньяк молдавский «Белый Аист», пять звездочек, настоящий, мне из Тирасполя привозят.