Майка

Один парень тут же ухватил шахматы и начал торговаться с Надей, но она не собиралась уступать ни одного динара, и парень, заметив, что рядом мужчина уже достал деньги и только и ждёт, когда он откажется, тоже полез в бумажник.

Итак, почин был сделан. Надя, по торгашескому обычаю, денежку поцеловала да себе куда-то за пазуху спрятала. И откуда она всё это знает?

К тому, что лежало на нашей клеёнке, интерес был большой, что меня очень удивило. Несколько человек держали в руках полотенце, к которому были приколоты значки.

Тут я прав оказался: коллекционеры в этой стране ещё не перевелись. Я хорошо помнил, что творилось в Белграде в 1970 году: на улицах тогда стояли сотни киосков, в которых продавали и обменивали значки.

По мере освобождения места на клеёнке Надя доставала из сумки всё новый и новый товар. Я помогал жене чем мог, но, когда очередь дошла до Майкиных трусов и лифчиков, отошёл в сторону, делая вид, что хочу посмотреть, что у других делается. На самом же деле мне было стыдно такие вещи для продажи выкладывать.

Как же я оказался не прав! Моментально набежали люди – каким образом, интересно, слухи разносятся, понять не могу. Трусы сатиновые улетели махом – двое покупателей взяли всё оптом. Безразмерные хлопчатобумажные белоснежные лифчики купила одна дородная дама, она же ополовинила и кучку трусов до колен, причём, отойдя в сторону, на радость курившим поодаль мужчинам, начала прикладывать их к соответствующему месту, пытаясь рассмотреть себя со всех сторон без всякого зеркала. Столько разных комплиментов донеслось до её ушей, что ради одного этого стоило даме эти трусы в руки взять. Тут уж я окончательно понял, что ничего в торговле не понимаю, и пошёл погулять по площади, впрочем не слишком от Надежды удаляясь.

Моё внимание привлекла толпа мужчин, которая весело над чем-то смеялась. Я заглянул через их головы и увидел Яныша, демонстрирующего свои подарочные коробки и монотонно повторяющего одно и то же:

– Спички, кому спички?

При каждом повторении этих слов толпа начинала радостно ржать и никак не могла остановиться.

– Простите, а что здесь происходит? – тронул я за рукав незнакомого высокого дядю, совсем забыв, что вообще-то я за границей нахожусь.

– Слушай, а ты его знаешь? – вопросом на вопрос ответил неожиданно понявший меня югослав. – Объясни ему, что кричать слово «спичка» у нас не стоит. Понимаешь, «пичка» на сербохорватском… как бы это помягче объяснить… В общем, это женский половой орган.