Любовь далекая и близкая

Винниковский на память знал историю открытия всех крупнейших нефтяных и газовых месторождений страны с их характеристиками: объем запасов нефти или газа, проницаемость пластов, дебит скважин, способ эксплуатации и другие. Винниковского все знали, побаивались и любили. Он же не боялся никого и ничего, говоря и отстаивая истину и правду там, где другие руководители боялись открыть рот. Звонок Спартака Ароновича Александр расценил как подарок Бога, потому что про себя уже давно решил – лучшего главного консультанта будущего фильма, чем Винниковский, не найти.

И его поздравительный звонок Александру означал: главному геологу выступления молодых нефтяников на передаче понравились. Теперь оставалось уговорить Марину выйти на разговор с ним, чтобы добиться его согласия на участие в фильме.

Александр убрал в стол раскиданные на нем бумаги и уже собрался уходить, как вдруг зазвонил молчавший в конце рабочего дня телефон. «Да когда же наконец закончатся эти звонки?» – с раздражением подумал он, поднимая трубку.

– Саша, это ты? – послышался в трубке женский голос.

– Да, это я, Александр. А кто вы?

– Ты не узнал меня? Это я, Оля. Ну, помнишь, я работала в отделе у Мариампольского?

– Ничего себе звонок! Откуда звонишь, Оля?

– Из Соликамска. Я там теперь живу, мама ко мне переехала. Замуж я не вышла. Вчера увидела тебя по телевизору и решила позвонить. Но телефон у тебя был все время занят, дозвонилась только сейчас.

А ты все такой же. Нет, еще красивее. А эта женщина-режиссер… Она твоя жена?

– Нет, она просто режиссер. Посторонний человек.

– Она так на тебя смотрела! Вот я и решила, что ты женился…

– Оля! Почему я должен перед тобой отчитываться? Да, я скоро женюсь и буду отцом. Все, больше никаких разговоров на эту тему!

– А я все еще люблю тебя, Саша! И не могу забыть, как мы тогда, в кинотеатре на последнем ряду… Ты только не сердись, мне и так плохо без тебя.

Скажи, что не сердишься.

– Я не сержусь, совсем не сержусь. Ну, может, немного. Давай прощаться, Оля.

– А мы можем встретиться, если я приду в институт? Ну хоть несколько минут мы побудем вместе?

– В институт может прийти любой, в том числе и ты. Я кладу трубку, прощай!

…Как ни пытался Александр мысленно оторваться от только что закончившегося с Олей разговора, у него ничего не получалось.