Любовь далекая и близкая

– Сколько ни думай, а прощаться придется. Раньше надо было встречать это чудо. Опоздал ты, сынок. А сейчас тебе о защите диплома больше думать надо.

Напоминание Нины Михайловны о защите дипломного проекта оказалось очень своевременным. Приезд москвича, недельная командировка и, наконец, неожиданная встреча с Галей выбили Александра из привычного рабочего ритма. И о предстоящей защите думать или не хотелось, или на это не было времени. Теперь, спохватившись, пришлось наверстывать упущенное. Александр прошел собеседование у грозного Сократова, потом получил его рецензию с оценкой «отлично» и даже набросал свое пятнадцатиминутное выступление на защите.

Ближе к вечеру встретился с группой, отвечавшей за банкет, внес свой «пай» и даже написал несколько шутливых поздравлений. И только после этого наконец позвонил Гале. После нескольких длинных гудков на том конце подняли трубку. Но на его «алло» никто не ответил. «Что-то с телефонами, с этим автоматом или с Галиным», – решил Александр и через минуту снова позвонил. И услышал ее совсем не приветливый голос:

– Здравствуй, Саша.

– Галя, что у тебя с телефоном? Звоню-звоню, а ты не отвечаешь. Извини, забыл поздороваться. Здравствуй!

– Телефон исправен. Я слышала тебя, но решила проучить, поэтому не отвечала.

– Проучить? За что?

– И ты еще спрашиваешь? Я ждала твоего звонка целый день. Но ты не удосужился позвонить. Разве так можно?

– Галя, извини. В пятницу защита, а у меня еще не все было готово. Пришлось наверстывать. Наконец все сделал и вот звоню.

– Ну мог же между своими делами набрать мой номер: так, мол, и так, сейчас занят, освобожусь и позвоню.

– Впредь так и буду делать. А ты, по-моему, уже не сердишься? А что если я к тебе приеду?

– «К тебе» – это как?

– Ну, то есть к твоему подъезду. Буду через десять минут, жди!

Стоявшую у подъезда Галю Александр заметил еще издали. В джинсах и в голубой, в талию блузке она казалась еще стройнее, чем в платье. Он подошел к ней и остановился. Но тут же сделал еще шаг, поднял ее на руки и направился к стоявшей на Комсомольском проспекте скамье.

– Зачем ты это делаешь? Отпусти меня! Я пойду сама, – шептала она, все крепче прижимаясь к нему. Александр подошел к скамье, сел на нее, не выпуская Галю из своих объятий. Она попыталась освободиться, но не смогла. Наконец он разжал руки, Галя соскользнула с его колен и села рядом.

– Только ты не сердись. А постарайся меня понять, – словно извиняясь, тихо заговорила она.