Вайп-аут

Элизу воспитывали по всем канонам жанра как примерную девочку, но желание провести время вместе с Вовой было сильнее. Так что Вова, как настоящий манипулятор и маргинал, в итоге уговорил Элизу. Он, не скрывая, предупредил, что был бы не против заодно переспать с ней, но, если она не захочет, ничего не будет. Перспектива секса на одну ночь Элизу не устраивала, тем более что у нее тогда еще был Дима. ЛСД, оказалось, испортился и почти не дал никакого эффекта, зато у Вовы был в запасе еще МДМА, более известный как экстази.

Совершенно случайно. И Элиза, решив, что уже нечего терять – не пропадать же вечеру в компании ее безответной любви – проглотила еще и гранулы экстази. Спустя несколько минут Элиза уже не могла противостоять своим желаниям. Это было совсем не то желание, которое она испытывала к Диме. Это была самая настоящая страсть, которая оказалась для нее сильнее самого наркотика. Теперь ей нужна была новая доза. Эта страсть как вирусная инфекция засела в ее сердце и обострялась каждый раз, когда Вова был поблизости, разъедая изнутри ее душу, растекаясь ядом по венам. Еще целую неделю ее организм восстанавливался после такой большой дозы экстази, она продолжала писать Вове неадекватные сообщения, воспринимая его почти как своего парня. Она не могла понять, как можно переспать с человеком и не испытывать при этом к нему никаких чувств, и она не хотела даже верить в то, что это возможно. И всё это Элиза безуспешно вытворяла, несмотря на то, что Вова на следующий же день еще раз напомнил ей, что они просто развлекаются и он даже не может представить их вместе – слишком они разные. А ее, Элизу, он, вообще, считает скучной.

Но Элиза начинала сходить с ума даже когда просто слышала где-либо тот же парфюм, что и у Вовы. Только на Вове он, конечно, лучше сидел в сочетании с запахом его тела, кожи, волос. Этот сладкий букет заставлял ее забыть обо всем на свете.

С Димой всё стало непросто. С одной стороны, она не могла больше находиться рядом с ним, чувствуя, как мучает и себя, и его.

Постоянные сравнения со страстью, которая разгорелась неожиданно в ее сердце, не давали ей покоя. Всё ее раздражало. Всё в Диме неожиданно стало не так. Но одна только мысль о разрыве отношений уже причиняла ей невыносимую боль. Элиза понимала, что их очень многое связывает, какие-то более глубокие чувства, чем просто страсть, но и более спокойные, которые, оказалось, так легко перекричать бурной вспышкой эмоций.