Предопределение. Рождение

Передо мной на полотенце разложены орудия пыток, различные насадки, цилиндрические и конические зенковки, сферические борфрезы. У меня такие же на работе, только побольше, я ими сверлю дерево. И вот все это добро ждет своего часа. В этот момент я достигаю максимальной концентрации на происходящем. Мысли ни на что не отвлекаются. Монахи о таком состоянии только мечтают. Сижу с открытым ртом и смотрю в окно. Там осень. Пожелтевшие деревья слегка покачиваются. Синее небо, белые облака… И в этот момент я понимаю, что по виду из окна невозможно определить какой сейчас год.

Точно также выглядел мир и сто, и тысячу лет назад. Безвременье в чистом виде.

– А в моем мире время исчисляется не стрелками часов, а идеями, которые друг друга сменяют.

Я иду вдоль полей и дачных участков. С одной стороны декорации из книги Бытия, с другой, безвременье. Двигаюсь в одном ритме. В нем я проведу три часа. И все это время буду знать, где находится мой дом. Внутренний компас будет точно указывать направление.

Сначала я пробовал молиться во время ходьбы. Потом, слушал лекции. Но в итоге отказался и от первого, и от второго. Оказалось, идти и ни о чем не думать, самое естественное состояние в этой ситуации. Что может быть лучше, чем дать своим мыслям полную свободу. Пусть текут произвольно.

На маршруте есть одна очень важная точка, которая находится на максимальном удалении от дома. Сначала ты все время удаляешься от дома, а потом, все время приближаешься к нему. Сначала перед тобой проселочная дорога и бескрайние поля, которые напоминают застывшие волны.

А на обратном пути та же дорога и те же поля, но только теперь из-за посадки виднеются крыши многоэтажек.

Как-то иду по этой дороге, слева дачный поселок, справа два холма. На одном хуторок, на другом старое кладбище. Тихая погода. Видно, что возле одной хаты за столом сидят люди. Доносится задушевная песня. Я смотрю на это и вспоминаю детство.

Потом приходишь домой и зрению, привыкшему к масштабу полей квартира кажется маленькой и тесной, а мысли, рожденные в этой бетонной коробке – тяжелыми и мрачными.

Они далеки от настоящей жизни, которая осталась там, на свободе.

– Знаешь, о чем я сейчас подумал?

– Пока нет. Но ты можешь поделиться со мной своими откровениями.

– Странно, – удивился я. – Еще недавно ты знала все.

– Ты шутишь? Как же я могу не знать, если ты только что записал на листе свою мысль, чтобы ее не забыть. Я же смотрю на мир твоими глазами.