Небеса наоборот

Ух, она и материлась, эта бабка! Как профессиональная тюремщица! Потом вон там под деревом села и долго сидела, бубнила что-то себе под нос, пока сама не исчезла.

Кротов поднялся на ноги, сделал несколько приседаний, размялся:

– Ну дела. Значит, всего восемь человек осталось, говоришь? Пойдём тогда познакомимся с нашей новой компанией.

? ? ?

…После долгих пристроек, уговоров, просьб, возмущений, истерик и уходов в никуда, но всё же возвращений, удалось сговориться: все оставшиеся пассажиры рейса 2127 собрались в центре каменной поляны, сели в круг и долго друг друга молча разглядывали, пытаясь понять, что же объединило их здесь, незнакомых при Жизни людей, за границей этой самой Жизни.

Решили, что каждый присутствующий должен представиться и немного рассказать о себе: возможно, таким образом получится отыскать хоть какую-нибудь связь.

Председателем импровизированного собрания была избрана единственная кандидатура, поднявшая руку в тот момент, когда ставился вопрос о необходимости Председателя – Любовь Константиновна Больцер, знакомая нам шестидесятилетняя Служительница Правосудия.

Она и представилась первой, коротко рассказала о своих прижизненных карьерных успехах, поведала о покойном муже-реаниматологе и передала слово дальше – сидевшему от неё по левую руку писателю Успехову.

– Кхм, здравствуйте всем. Меня зовут Роман Евгеньевич, мне пятьдесят пять лет, я – писатель детских книг.

Вы наверняка меня читали.

Из присутствующих лишь артист Сомов что-то слышал об успехах Романа Евгеньевича, остальные деликатно промолчали.

– Я был женат… временно… давно… а это вообще надо рассказывать? – спросил он у Председателя.

– Рассказывайте, что хотите.

– Тогда я ничего не хочу рассказывать, я закончил, – сел на место, сложил руки на груди и замолчал.

«Какой неприятный угрюмый тип», – подумали присутствующие, но вслух никто ничего не озвучил.

– Прошу дальше.

– А я это… я Валера Гусь. Ну, то есть у меня фамилия такая – Гусин. Валера Гусин. Мне тридцать лет, и я… индивидуальный предприниматель. Торгуем там… разное.

– Интересно, чем это вы там торгуете? – с подозрением посмотрела на Гуся Любовь Константиновна. – Что-то запрещённое?

– Не понял, – Валера дёрнул губой. – Это что сейчас такое?.. Допрос, что ли?..

– Нет, это не он.