Пока заходит солнце. Сборник рассказов

Если же будут произведены попытки проникнуть в гробницу извне, неудержимое, слепое Ка – сгущенная ненависть – расправляется и с живым человеком».

Юная прорицательница облизала вмиг пересохшие губы.

Кажется, она нашла способ.

***

Стройная девушка, запинаясь о подол зеленого платья, миновала котлы, поршневые паровые машины, паровую турбину и электрогенераторы, закрепленные на стальных плитах, обогнула мешки с углём и цистерну с питьевой водой, и вышла к грузовому отсеку. Высокий деревянный ящик, она заметила сразу.

Удовлетворенно кивнув, девушка вновь поднялась на верхнюю палубу.

Та, чье имя было Сауре много тысяч лет назад, подняла руку, с начертанным на ней крестом с петлёй вместо верхнего луча, над океаном и произнесла несколько слов на древнем языке. В её моментально потемневших глазах мигнули и погасли холодные золотые звезды.

Когда айсберг поднялся на достаточную высоту, четвертая прорицательница Египта измученно улыбнулась и опустила руку.

Белая ледяная глыба двинулась навстречу кораблю.

Они всё-таки встретились. На уровне смерти.

Вилена

– Дедушка, расскажи сказку. Ну, де-еда! – просят девочки на два голоса.

Темные детские глазки, наполненные мольбой, поблескивают в вечерней полутьме. Старик вздыхает, смотрит на луну, окутанную слабой дымкой.

– Ну, хорошо, озорницы. Какую вам рассказать?

Внученьки замерли в предвкушении.

– Про русалку, дедушка.

– Ох, милые мои. Про русалку, так про русалку. Слушайте.

Давным-давно это было. Тогда деревня еще не разрослась ни вширь, ни в глубь леса.

Всего несколько десятков домов, подступающих к кромке величественных сосен. А за ними – полдня пути всего – озеро. Тёмное, странное, без пологих болотистых топей, со всех сторон окруженное низким колючим кустарником, словно забором.

Не любили то озеро деревенские, обходили стороной. Хотя молодые охотники по-незнанию иногда проходившие близь него, рассказывали, что рыбы там – невидимо. Так и плещется, выскакивает из воды, да падает обратно.

Крупная. Блестящая. Закинуть бы удочку, да разросшиеся кусты не дают приблизиться. Колючие кусты, непролазные.

Дождаться бы зимы, а когда завалит снегом, перелезть через бурелом, да на озеро, да вырубить лунку – красота. Только озеро-то слыло незамерзающим.

Так и жили, соседствовали.

Молодухи же, девицы незамужние, любили, собираясь по вечерам у большого костра на опушке, страшилки друг другу рассказывать. И нет-нет, да всплывёт в рассказах тёмное озеро лесное.