До и после моей смерти

Он не допускал мысли о том, что олово или ртуть можно химическим путем превратить в золото и таким же способом получить некий препарат, позволяющий человеку стать бессмертным и счастливым. Разумеется, все это несерьезно – с научной точки зрения…

Но детям, читающим сказки, и неверующим, зачитывающимся Евангелием, нет дела до научной точки зрения. Клубы дыма, поднимающегося над большими закопченными колбами, музыка терминологии – все эти меркурии, трансмутации, магистерии, а так же, невыветриваемый – вечный – запах древности от пожелтевших шершавых страниц, все это было для Лавина? важнее научной точки зрения.

В конце-концов, состояние науки и отношение к ней меняются со временем, а во времена средневековья алхимия считалась важнейшей из наук!

Наконец, он вспомнил.

На прошлой неделе позвонил знакомый букинист из Ванва и сообщил, что у него появились две новые книги на интересующую Лавина? тему.

Они встретились около полудня в субботу, там же, в Ванве, в кафе, рядом с книжным рынком и, пока букинист перекусывал круассаном с кофе, Лавина? листал плотные, шершавые страницы, с удовольствием вдыхая знакомый запах старины.

Первой книгой была известная «Сокровищница древних исследований» Пьера Бореля, переиздание 1889 года. Второй – сборник исторических документов о знаменитых алхимиках, изданный уже в 20-м веке.

Патрику до судорог в скулах захотелось и ту, и другую.

Букинист просил за них соответственно, четыреста и двести пятьдесят. С трудом Лавина? уломал его отдать обе за пятьсот…

Вот во втором сборнике он и нашел рассказ священника Жозефа Морсеньи, служившего в 19-м веке в Амьенском соборе, о встрече с Николя Фламелем – знаменитым алхимиком 14-го века, единственном, кто якобы, сумел получить «философский камень» и обрести богатство и бессмертие.

Этот священник был не первым и не последним, кто видел Фламеля после его официальной смерти в 1418-м году.