Коротенькие рассказики. Том 1

К черту курение, острую пищу, да и вообще, что попало и как попало есть не буду. Если чего-то захочется вредного, то съем чуть-чуть.

Ну вот, а я уж совсем хотел богу душу отдать. Нет, я еще поживу!..

Так первый раз в жизни я по-настоящему готов был умереть.

Как приходит старость

Старость – она приходит к человеку постепенно, потихоньку, исподволь, как осень. Недаром старость человека часто называют осенью.

Все, наверное, замечали, как после жаркого лета становится все холоднее и холоднее: утренние зори, холодные росы, чаще дожди.

Не заметили, как пожелтела березка под окном, а уже краснеет на опушке осинник.

Так и человек. Вдруг обнаружит однажды в зеркале заботливые морщинки на лбу, у глаз. «Все, появились морщины», – скажет про себя или вслух. Но знает, что до старости еще далеко-о!

Дальше постепенно, но неизбежно приходят болезни – все чаще болит поясница или желудок. Нет уже той свежести по утрам…

Вот так однажды обнаруживает человек признаки надвигающейся старости – морщины, седину, болезни.

А ведь он еще даже не на пенсии!

Всему свое время

Всему свое время, повторяют все, но быстро об этом забывают. Между тем, и правда – каждому овощу свое время. И рыба ловится тогда, когда и должна.

В лес за грибами, когда уж время их прошло, отправился я осенью в бабье лето. Вспомнил, что много было нынче грибов, год урожайный.

И вернулся пустой из леса. Ну как же так? Ведь столько было грибов!

Подумал – и сказал себе: «Нет – всему свое время! И грибам время, и ягодам, и любви время, и смерти».

Промелькнувшая любовь

Я ехал домой в совсем пустом вагоне поезда. Со мной в купе ехала только одна маленькая, полненькая девушка. А я тогда только что женился.

Девушка позволила себя целовать. Рассказывала про старшую сестру, передовую работницу, в газете была ее фотография и коротко о ней: что живут они без отца и матери, вдвоем с младшей сестрой.

Видно было, что я этой девушке очень нравлюсь, и она готова отдаться мне.

Я перебрался на ее полку. Ну и, конечно, сна не было, хотя была глубокая ночь…

Но я побоялся последствий, тогда было очень строго. По ней было видно, что она еще ни разу не целована. И я не сделал ей ничего плохого.

Вспоминала ли она меня потом, помнила ли? Возможно, я больше пожалел Настю – свою молодую жену. Конечно, я и сам сильно увлекся, чуть не потерял голову и вполне мог рискнуть уехать с ней в неизвестность. Но, повторяюсь, побоялся последствий.