Времена и нравы (сборник)

Фамилия ее любимого мужа, отца ее ребенка, оказывается, не Чэнь, а Чжао. Она вспомнила, что, когда родился их сын, муж хотел, чтобы его фамилия была Чжао – якобы по фамилии его отца, потому что у него самого фамилия матери. Он тогда еще рассказывал ей, что, по его воспоминаниям, мать была сильной женщиной, а отец – молчаливым и малодушным. Все это на самом деле было ложью. И теперь юрист Вэй Гунчжи знает правду или догадывается и поэтому пригласил ее на обед. И тут возник следующий вопрос: что же ей теперь делать? Хотя сидящий перед ней человек обманул ее, да еще и делал это на протяжении многих лет, но она же любит его, и это – факт.

У каждого человека есть тайны. Чэнь Цзэво скрывал свое прошлое, а она? Разве не скрывала она от него свое прошлое? До встречи с ним она была безнадежно влюблена, объект ее любви обладал высоким социальным статусом, положением в обществе и был женат. За границу учиться она уехала, чтобы сбежать от этих чувств. Об этой истории она никогда никому не рассказывала. Человек, которого она любила, теперь занимает очень высокое положение и облечен властью. Но проблема не в этом. Проблема в том, что же ей теперь делать…

Чэнь Цзэво произнес:

– Все эти годы я жил, испытывая боль, под грузом этой тайны. Сейчас, когда я все рассказал, мне даже стало легче. То, что должно случиться, произойдет рано или поздно. Пусть буря будет еще яростней.

Он сказал, что теперь его будущее, их судьбы, судьба их брака и еще его дяди полностью в руках Ду Мэй.

Ду Мэй холодно ответила:

– И еще судьба Чэнь Цзэво.

Она покинула «Домик любви», так и не ответив на вопрос мужа, что же им теперь делать, потому что и сама не знала ответа на этот вопрос. Она шла по улице, вспоминая лишь одну фразу, сказанную Чэнь Цзэво в момент, когда она уже собиралась уходить: «А еще судьба сына». Ей так хотелось бы найти человека, чтобы излить душу, поделиться тем, что давило на сердце, и облегчить страдание. Но такого человека не было. Чэнь Цзэво беспокоился за нее, поэтому быстро расплатился и пошел следом.

Ду Мэй взяла такси, оставив его позади. Водитель спросил, куда ее везти, но она словно оцепенела, а потом ответила:

– Езжайте пока просто прямо.

На ближайшем перекрестке со светофором таксист снова спросил, куда ехать. Она ответила:

– Не спрашивайте, просто поезжайте вперед.

Слезы постыдным образом текли по лицу, за столько лет, с самого момента расставания с тем человеком, она ни разу не плакала. Таксист вез ее сквозь море машин.