Форексмен

– А провонять его жженым порохом ты придумал отлично, – подметил Филипп. – Мало того, что на нем будет висеть жилет, якобы набитый взрывчаткой, так он еще будет реально источать запах опасности. Пустяк, но эффектный. Как пахнет порох, знают все. – Филипп покосился на пустую коробку из-под китайского фейерверка.

Мешок уловил его взгляд:

– Может, следовало действительно снарядить жилетку китайским салютом? Напугать его: вдруг захочет попробовать снять, а тут – ба-бах!

– Если он захочет снять, то мелодия, в психологическом смысле, напугает его сильнее.

А вообще, если все пойдет по плану, до этого дойти не должно. Я постараюсь сделать так, чтобы одна мысль о снятии жилетки наводила на него ужас, а перед глазами стояла картина разбросанных по салону кишок.

– Жестокие мы с тобой, Филька, – покачал головой Миша.

День они провели в комнате: ели, отдыхали, смотрели телевизор. Филипп даже повозился с кое-какими расчетами для Форекса, он вновь начал жить мыслью о возобновлении торговли, но вскоре отложил это занятие; понадобилась полная концентрация на предстоящем деле.

Он закрывал глаза и мысленно воспроизводил план от начала до конца. Часто сбивался, любой посторонний звук отвлекал его, но к пятидесятой попытке научился погружаться и успешно моделировать ситуацию в воображении.

Стемнело. За окном вновь кружил снег.

– Настоящая зима, – сказал Мешок, выглянув в окно. – И так рано пришла. Столько снега обычно выпадает в декабре.

– Смотри, студент, и радуйся. Не известно, из какого окна ты будешь смотреть на мир завтра.

– Передёргивает от таких слов.

– Я имел в виду окно дорогого отеля.

– Именно так я и подумал. Зона – довольно дорогой отель. – Мешок помолчал, затем спросил: – А может, ну их нахер, эти сраные деньги? Ведь если подумать, нормально живем. Чего выше головы прыгать? Еще год учебы, а потом работать пойдем, ты свой Форекс к тому времени обуздаешь, и всё будет very good.

– Может, ты и прав, – мрачно сказал Филипп. И продолжил после паузы: – Но в чем тогда кайф жизни? До старости в нерешительности просидеть на жопе? Хрен с ним, с кайфом, ты на нас посмотри, ведь развели, как лохов.

Ты каждому позволишь так с собой обращаться? Сегодня один тебя кинет, завтра другой, и ты будешь это терпеть? Нет, Миша, когда о твою честь вытирают ноги, молчать нельзя. Говорят, после такого на себя в зеркало противно смотреть. Я твой друг, и вот именно в такие минуты, когда ты колеблешься, обязан тебя поддержать.