Последние пророчества Даниила. Первая книга трилогии «Эстафета духа»

Омывает, оживляет – расцветает всё вокруг!

Сердце радость доставляет, почки, печень – тоже друг!

И спина не беспокоит… Ноги плетями легли,

Руки тоже – нет ведь боли! Я от неба до земли.

Растянулся великаном… Вижу Космоса поток.

И меня подъёмным краном словно тянут на восток.

Соткан весь из разных нитей – серебристых, золотых;

Словно в коконе обвитый, – жизнь в тех тканях молодых

Возрождается незримо. Всё сияет и поёт!

Вновь весна.

Я наполнен весь Любовью, счастья полон и добра.

Не дымится сердце болью. Жизнь становится мудра.

Знаем все мы, что и в горе есть всегда глубокий смысл.

Костыли – моя опора? В день вчерашний оглянись!

Дали времечко подумать, обобщить материал, —

Все житейские те думы, что так долго собирал.

Вот они ложатся книгой, и теперь моя судьба —

Не безумная интрига, а учебник и труба.

Чтоб учились и другие – я примером только стал,

Всюду чтоб узлы тугие каждый тоже развязал.

Есть любовь, где в идеале Ошо сделан образцом, —

Тантре почести воздали, фаллос высечен резцом.

Есть Любовь в духовном мире – там эротика не в счёт!

Чтобы крепче мы любили, жизнь предъявит всем расчёт.

Жить безнравственно преступна – покалечит вновь судьба.

Только вверх и неотступно кличет Ангела труба.

Тот магнит заложен в каждом.

Седоком, а не поклажей мчись, миг каждый возлюбя!

    05.04.97 г.

Весна шумит

Весна шумит, а я в палате хожу-скачу на костылях!

По мне соскучилась лопата, ведь снег растаял на полях.

Теперь два месяца безделья – не зарастёт ли всё травой?

Лентяям было бы веселье, а я привык, чтоб с головой.

В работу, в землю зарываться – сажать, полоть и поливать.

Чтоб буйно соком наливались моих трудов плоды опять.

Есть, правда, нынче работёнка – да мне ль к работе привыкать? —

Чтоб от зари до ночи тёмной в стихах сеть ловчую соткать!

Печатать, видимо, придётся, коль суждено той книге быть, —

Судьба, быть может, улыбнётся! Поэтом я ль хочу прослыть?

Ну, издадут, допустим, книгу – найдётся спонсор, как костыль.

Известным я ли стану мигом? В таких мечтах, твержу, остынь.