Лестница

Он объяснял мне, что постепенно превращается в обезьяну, и как только весь покроется шерстью, мы с мамой сдадим его в зоопарк и будем приходить к нему кормить бананами!

Я рассмеялась.

– Тебе смешно, а я так плакал! Еще отец говорил, что стихи нужно учить стоя на голове, потому что из-за прилива крови к мозгам лучше запоминается.

– Да уж, папа у тебя хорош! Зато я уверена, что с чувством юмора в вашей семье полный порядок, – подытожила я, забирая у Степана пустую тарелку с крошками.

– Сегодня будет непростой день.

Это наш шанс заявить о проекте, над которым мы уже так много работаем. Я хочу тебя немного подготовить.

– О чем ты говоришь? Я ничего не знаю о том, в чем буду участвовать. Моя жизнь не такая интересная. Я не была судима, не являюсь жертвой какого-либо насилия или теракта, не состояла в секте, даже вредных привычек не имею.

– А как же Сергей? После того, как он бросил тебя и сошелся с твоей лучшей подругой, ты переживала не лучшие времена.

– Всех предают, не думаю, что частный случай будет кому-то интересен.

Да, мне было плохо. Я не хотела жить и впала в депрессию. Если честно, я не хочу сейчас об этом говорить.

– Позволь мне задать один вопрос. Представь, в один прекрасный день он приходит к тебе и просит прощения, предлагает начать все заново. Как ты поступишь?

Я молча крутила салфетку в руках. Степан встал с дивана, чтобы двинутся к выходу, и я сказала:

– Он защищал меня, поддерживал и веселил. Это тот случай, когда дружба не должна была перерасти в любовь, но это произошло.

За ботаническим садом есть дивная поляна, мы часто ходили туда после занятий. Зимой кидались снегом, осенью листвой, иногда просто бегали и кричали, как сумасшедшие. А потом падали на землю и долго смотрели друг на друга. Я знаю каждый сантиметр его лица. В такие моменты он крепко сжимал мою руку и говорил, что мы всегда будем вместе. Сережа родной для меня человек. Шестьдесят дней я ждала лишь одного: он постучит в мою дверь и скажет, что этот плохой сон закончился.

Мой голос дрожал, и слезы капали на блестящую поверхность стола.

– Извини, я лучше оставлю тебя. Эд скоро приедет за тобой. Я думаю, ты справишься.

Степан обнял меня за плечи.

– Это самая ужасная ошибка в его жизни, – прошептал он мне на ухо и коснулся горячими губами моей щеки.

Не успела я понять, что произошло, как входная дверь захлопнулась за ним. Мои щеки полыхали, слезы больше не катились из глаз.