Социальная мысль, её идеи права

Твой роли отметкой способности – мир —

Завыл, исподлобья – скупым шпингалетом,

Что ищет препятствие – заданным снам,

И верит в судьбу, уготованной ночи,

Здесь завтра пропустит – на берег ему —

Восход и потеря – родства одноликих,

Скульптур поколения – медленных снам,

Что также хотели упиться – забвением.

Сквозь ночь, чтобы хныкать и – быть ей —

Попутным провидцем – морали других,

Слепя за собой – одноликой усладой,

На терпком снегу – разновидности правды,

И ложью большого мотива – твой —

Апломб извлекает – сухое тело,

На памяти сходства земли – за дело,

Сквозь мир испытания – личности там,

Ты вымысел крайних – могил извлечения,

Утробы плохой – отличительной боли,

За ценностью роли – спросить бы,

Как станешь опять – путеводной звездой,

И мир нежилой – претворишь на сознании,

Упитанной старости – медленной зори,

Проходит её испытание – в скорби,

На прошлой земле и участии – снам.

Прошло и застыло – твоё изумление,

Противного склада дрожащей – руки,

Потеющей собственным мерам – воззрения,

Куда сухожилия – смеют идти,

Пропитанной волей вины – от сомнения,

Ты правил, на бал – изучения мести —

Укромки случайной беды – интереса,

И ждавших последствий рутины – на том,

Прогрессом из блага – упитанной кромки,

Сплотивших сердец – разновидности там,

Ласкали мечты и разбитые рамки,

Что холодом стихли и памятью – снам,

Вновь стал он умом – безысходности холки,

Случайности века, в пути – призраков,

На воле былого остатка – юности,

Предела мучительной колкости – раны,

Оставил твой череп – простившей муки,

Застывшие черви – упитанной роли —

Страны изголовья, забытой программы,

Из нег преисподнего счастья – застоя.

Прошли и остались забвением – долго —

Руины мотива, быть тоже – странным,

Таким же, на ножнах – пути изголовья,

Что страхом чертили – их вечный позор,

И нежити пасти – струилось отличием —

Услада, за бренностью – колкой беды,

За что же опять – распинают – соседа,

Из праха согласного времени – тьмы,

И снова снуют – поколением где – то,

Прочитанной вести, оставшихся лет,

Твои различимые мести – куплеты,

На нраве позорной рутины – невзгод.