Звериный кризисный оскал

Он сразу же понял ситуацию и даже покраснел от душившего его гнева.

– Это что такое? – закричал он и грубо вырвал список из рук оторопевшей и испуганной секретарши.

Юлия Павловна вынула из ксерокса копию первого листка списка и попыталась оправдаться.

– Я думала, что Александру Георгиевичу нужна будет копия проекта приказа для правки… Ведь вы же сами сказали, что это не окончательный список увольняемых, – спокойно парировала она и как бы случайно уронила листок, который держала в руке.

Аким Иванович, конечно же, сразу понял, что она хитрит и ждёт, что он как истинный джентльмен поднимет упавший листок.

Но он опасался, что если резко нагнётся, то его может «достать» радикулит. Кроме того, ему хотелось подольше полюбоваться роскошным бюстом секретарши, который сейчас бурно вздымался и опускался от волнения его хозяйки. Поэтому он ожидал, когда эта несравненная «мисс бюст» нагнётся и предстанет во всей своей сногсшибательной красе…

В результате они оба одновременно присели и схватились за упавший листок.

При этом обе груди секретарши как бы напрашивались на поцелуй.

«Как же я был не прав, что недооценивал магическую красоту таких полных блондинок!» – успел подумать Аким Иванович, прежде чем окунулся в бездонное декольте распрекрасной Юлии Павловны.

19. О возвращении в Россию

Приняв окончательное решение вернуться в Россию, Матвей Евграфович думал теперь лишь о том, как это быстрее осуществить.

Первым делом он позвонил своему давнему компаньону Александру Георгиевичу Филину и предупредил его о своём возвращении.

При этом он очень надеялся на помощь друга. Ведь у них была общая цель – развитие бизнеса, причём не только отечественного, но и международного.

Матвей Евграфович задумал открыть филиал «Силиконовой долины» в Дубне. И эта идея в принципе была одобрена Александром Георгиевичем. Ибо ему нужно было как-то помочь в трудоустройстве сокращённым сотрудникам. Вот они и будут направлены в новый филиал, который откроется в Подмосковье.

При этом и жена, и дочь уже двумя руками голосовали за возвращение в Россию.

Перед самым отъездом Матвей Евграфович имел откровенную беседу с дочерью тет-а-тет в своём кабинете.

– Дочка, ты знаешь и понимаешь, надеюсь, как я тебя люблю. Ведь ты моя единственная и ненаглядная…

– Конечно, знаю, папуля…

– Ты видишь сейчас, что бывают ситуации, когда даже я не в силах тебе помочь. Пора тебе самой как-то определяться в жизни.