Да здравствует мир и свобода! Sine ira et studio

Послушать вас – так вы можете заглянуть и в будущее. Быть может, в вас воплотился Нострадамус? Перечтите поименно виновных – 70-миллионный народ. Тогда я вам поверю.

Судья

Виноваты все. И вы тоже. Вы виноваты не меньше вашего Альфи. Ведь вы были его первым заместителем.

«Седьмой»

А что, официальное положение уже означает что-то материальное? Альфи любил меня. И я его любил… не делайте такое лицо. Партийные товарищи называли меня «Черная фройляйн», потому что считали, что у меня женский характер.

Что я мягок, романтичен и фанатичен. А это было вовсе не так.

Судья

Вернемся все же к вашему прошлому. Вам известно, что вы и Альфи служили в одном полку?

«Седьмой»

Нет, тогда я не знал об этом.

Судья

Так все же как же вы с ним познакомились?

«Седьмой»

Я увидел его в пивной. Не надо так на меня смотреть. Как будто вы не помните, что многие собрания такого характера для конспирации проводились в пивных. Я был так восхищен им, что даже заплакал. На следующий день я пришел с Ильзе.

Судья

С женой?

«Седьмой»

Тогда я и не думал об этом. Мы были просто хорошими друзьями. Она всегда была мне как товарищ по партии.

Судья

Неужели вам не жаль сына?

«Седьмой»

Да, без него мне тоже тяжело. Наверное, он меня уже не помнит. Я бросил все, когда ему было 3 года.

Судья

Вы его любили?

«Седьмой»

Я его люблю. А вот он вправе меня ненавидеть – через несколько дней я узнал, что Альфи хотел репрессировать всю мою семью.

Единственное, что он может вспомнить хорошего – это то, как я спас его от летучей мышки.

Судья

Что за летучая мышь?

«Седьмой»

Как-то мы с ним сидели в моем кабинете. Я играл с ним. И вдруг через раскрытое окно влетела летучая мышь. Бедняга испугался. Я с трудом выгнал мышку, закрыл окно и стал успокаивать малыша. Впрочем, это было так давно. Не думаю, что он это запомнит.

Судья

Зря вы так. Сын не может ненавидеть отца.

«Седьмой»

(с иронией)

А если бы Альфи успел обзавестись сыном?

Судья

Не знаю, что и сказать.

Это необычный человек.

«Седьмой»

Так значит, вы признаете его заслуги перед историей!

Судья

Не будем отвлекаться. Все же, как лично вы к нему относитесь?

«Седьмой»

А как, по-вашему, я могу к нему относиться? И что я сейчас могу чувствовать? Как может чувствовать себя человек, который долгие годы верил в бога на земле? Причем, кто-то словно навязал ему эту веру. Верили многие.