Современная иранская культура

Бахтин – автор нескольких лингвистических работ, посвященных общетеоретическим вопросам, стилистике и теории речевых жанров.], Бурдье, Элиас и Мишель де Серто[49 - Мишель де Серто (1925–1986) – французский историк, антрополог, культуролог, социальный философ; член Общества Иисуса (ордена иезуитов). Наиболее известной и влиятельной работой де Серто является книга «Изобретение повседневности» (1980). В этой работе автор развивает оригинальную теорию повседневности, где «пользователи» ведут незримую борьбу, сопротивляются навязанным правилам и порядкам, изменяя их в процессе «освоения».

]. В 1960-е гг. он начал набирать обороты и уже воспринимался всерьез. В 1989 г., после публикации сборника статей одного американского историка под одноименным названием NCH, под этот подход была подведена солидная теоретическая база. Согласно новой культурной истории, исторические факты – это всего лишь социальные конструкции, и не существует никакой абсолютной истины вне человеческого разума, или, как минимум, интеллектуальный (ментальный) аппарат человека не способен раскрыть никакую абсолютную истину. Все факты проистекают из разума, воображения и предположений индивидов, и истина строится в тексте. Хайден Уайт[50 - Хайден Уайт (р. 1928) – американский историк и литературный критик. В 1973 г. опубликовал свою наиболее известную книгу “Metahistory: The Historical Imagination in Nineteenth-Century Europe” («Метаистория: Историческое воображение в Европе XIX в.»). В этой работе Уайт, используя методологический аппарат тропологии, рассмотрел особенности исторического повествования крупнейших историков XIX в. Уайт считается одним из творцов «лингвистического поворота» в исторической науке.], видный американский историк, в своей книге «Метаистория: Историческое воображение в Европе XIX в». (1973), рассмотрев взгляды четырех крупных историков Америки и Европы XIX века, наглядно показывает, как передача повествований через художественный жанр (будь то комедия, сатира, трагедия и т. д.) влияет на подачу одной и той же действительности. Поэтому с точки зрения культурной истории – и здесь она опять противоречит истории культуры – объективно история не подлежит изучению и исследованию, а истина всегда попадает под влияние культурных и исторических конструкций общества, иными словами, культурного или исторического опыта индивидов. Таким образом, никакое повествование прошлого не может считаться абсолютным отражением или реальной репрезентацией того, что было.