Пусто: пусто

Но было поздно.

Так красивая теория, созданная гениальной любовницей Маяковского и развитая ее талантливой последовательницей Люсей Можаевой, не выдержала испытания практикой. И кого в том винить? Люся предпочитала думать, что все дело в плебейском происхождении Соловьева, с молоком матери впитавшего сомнительную истину: «Бьет – значит любит». Но Люсенька бить никого не собиралась, а продолжала ждать Принца. И она бы его дождалась, если бы не ужасное воскресное утро, перевернувшее всю ее, да и не только ее, жизнь.

* * *

Люсенька часто вспоминала серый сентябрьский вечер, предшествовавший Этому невероятному событию. Казалось, сама погода предвещала беду. Дул сильный ветер, так что береза под окном стелилась почти до земли. Все небо оккупировала колония темных облаков цвета застиранных черничных пятен. Герань на книжной полке ежилась от холода – отопление еще не дали. «Рановато осень начинается», – подумала Люся, доставая из гардероба свою любимую курточку синего кашемира.

Почти всю вторую половину субботнего дня г-жа Можаева просидела в ОГИ, выпила, кажется, тонну кофе и набрала себе чтива на месяц вперед.

Потом под выворачиваемым наизнанку порывами ветра зонтом добежала до своей красной «девятки» и помчалась домой.

Наконец она соорудила на журнальном столике перед постелью живописный натюрморт из чая с медом, лимона, бутербродов с колбасой и стопки свежекупленных книг. Вот теперь можно уютно устроиться и не вылезать из-под одеяла хоть до завтра. Что она и сделала.

Читать Люсенька начала с толстенной книженции, озаглавленной «Мифы и предания народов мира». Многие из этих притч она знала с детства, но от того они не становились менее интересными. Даже больше: теперь, читая их взрослой, она как будто бы возвращалась в милое детство, когда она вот так же лежала (только с температурой) на постели, пила чай и листала книжки. Правда, тогда ощущение счастья казалось острее: и потому что не надо было идти в школу (радость-то какая!), и потому что время от времени подходила мама, заботливо трогала лоб рукой и говорила:

– Тебе бы поспать, деточка!

– Ну еще одну страничку, пожалуйста!

– Ну хорошо! Только выпей таблеточку.

 – И мама целовала дочку в лобик.

И Люся с готовностью глотала таблетку – в сущности, это была очень низкая плата за право не тащиться на уроки, а весь день проводить в других, невероятных мирах, созданных фантазией Астрид Линдгрен, Андерсена, Зои Воскресенской и Александра Дюма.