Концерт для дамы с оркестром. Фильм на бумаге

Аню он знал только по репликам: Мы с Аней, Аня сказала, Аня уехала, Аня написала мне письмо, у нас с Аней родилась дочка Надя. Но кто такая эта Аня, как она выглядит, что делает, он не знал и знать не хотел. Знал, что жена Леши, и этого ему было достаточно.

Он никогда ничего не знал, потому что никогда ничего и ни у кого не спрашивал. Он не хотел знать ничего, как он выражался, з-ы-б-к-о-г-о. И может быть, за это Алеша его и любил.

Вот и сейчас Осип Вольдемарович сидел и смотрел телевизор. Без звука. Дождь то затихал, то вновь начинал колотить по стеклам.

Было слышно, как он щекочет железную крышу, а будильник отсчитывает ненужные ему секунды.

На веранде никого, кроме него, не было, когда неслышно открылась дверь и кто-то в носках прошел по коридору. Потом в дальней комнате щелкнул выключатель и зажегся свет.

Опять щелкнул выключатель, хотя шагов слышно не было. Осип Вольдемарович встал и чуть приоткрыл дверь с веранды. Через щелку он разглядел, что какая-то солидная дама в дорогом костюме при свете бра открыла свою сумочку и нагнулась над ней так, чтобы свет падал внутрь.

И только тут Осип признал в незнакомке свою двоюродную сестру Дину.

На стене рядом с дверью висел брутальный календарь.

Эпизод 5

Склонив голову, она покопалась в сумочке и наконец достала из нее ключи. Дина открыла одним из них письменный стол, никогда не запиравшийся, выдвинула ящик и что-то взяла. Что, видно не было, сестра стояла спиной к Осипу. Но определенно что-то мягкое.

Она сунула это мягкое под мышку и задвинула ящик.

Осип узнал шарф. Тот самый, что висел у него на шее. Скорее всего, это был именно он, перепутать было невозможно. Мама перевязала его из своей кофты, которая уже протерлась на локтях, но спинка была еще целой. Он был раза в два длиннее обычного, и это было принципиально. Было странно, он отчетливо помнил, что шарф лежит у него на коленях или, на худой случай, заткнут в рукав куртки. И он никогда, ни при каких обстоятельствах не клал его в письменный стол.

И уж тем более не запирал его там.

А Дина тем временем внимательно рассмотрела свое отражение в зеркале, поправила прядь, приложилась духами за ушами и на груди, погасила бра и тихо-тихо, будто кто спал и она не хотела его будить, куда-то пошла.

И тут до Осипа дошло, что все это происходит не в его доме, а совсем в другом месте, может, у нее? Но поняв это, он совсем не удивился, а крадучись пошел вслед за женщиной.