Московский Джокер

А ты вот что, Валя, ты от нас-то не отбивайся.

– Этого нет, Виктория Николаевна. И быть не может.

– Ты ведь для нас как член семьи. А если что в прошлом с моей стороны неправильно было…

– Перестань, Вика. Я не слушаю.

– …то это лишь по любви. Ты не думай, что я только от испуга к тебе кинулась. Я ведь давно хотела восстановить… Чтобы все, как прежде. А ведь ты знаешь, что ты для Риммы… И почему вы так отдалились друг от дружки? Ну, Бог милостив, еще все будем живы-здоровы, пронесется-развеется, Валечка, верь старухе.

А кто старое помянет… А ты бы переезжала на лето к нам. А может, и прямо сейчас? Повидайся со всеми – и к нам.

– Тьма и мрак сгустились над Эльсинором, – нараспев, внезапно повеселевшим голосом, продекламировала Валентина. – Приеду, передай Римме, чтобы ждала. Сегодня в ночь или завтра утром.

14

– Ты знаешь, что такое Дирекция по Эксплуатации Высотных Зданий? – так начал свою речь «хорёк», когда они с Алексом снова оказались в квартире Марло. – Причем, заметь, все слова с заглавной буквы.

– Давай знакомиться, что ли. А то мы с тобой никак не расстанемся, – сказал Алекс, усаживаясь в кресло около столика, на котором стоял простенький, то есть одного из первых выпусков, персональный компьютер. – Зовут меня Алекс. А по профессии я научный работник. Что-то в этом роде.

– А по батюшке? Батькович?

– Можно хоть и так. Я круглый сирота с детства.

– Ну, Батькович, резину не надо тянуть. Она у меня и так вся перетянута. Знакомиться, значит, говоришь? Ну, добре.

Виталий Емельянович Карнаухов.

– Виталий, вот ты и скажи, что ты тут делал, когда меня оглушил и затащил?

– Не прыгай, Алекс, куда Макар телят не имел. Рассупонься. Я ведь, когда ты меня развязал, мог сканать. Там, в холле-то. По суслам, и будь здрав.

– Чего ж не сканал?

– А пустое это для меня теперь – бегать. Я, как поручение получил, так уж это понял. Только я думал, они деликатность хоть какую проявят. Ну там, сколько-то ден теребить не будут.

А я бы за это время кого-чего надумал бы. А они вишь, как взялись. Вынь да положь Карнауха на брюхо.

– А что я?

– А это мы еще поглядим, как оно и зачем. Я, к примеру, человек обреченный.

– Так уж ложись и помирай?

– Не, зачем же? Я в нелегалку ухожу, понял?

– Никак нет, не понял. Это как же, в леса, что ли?

– Ты знаешь, кто самый сильный?

– Слон, – с готовностью ответил Алекс.

– А в Москве?

– Мэр, а потом слон.

– Вот и слушай сюда.