Жизнь и душа художника

Но в этот раз хотелось-то чего-то парадно-необычного: случай-то был уникальный.

Один мастер физически не справлялся: пришлось звать на помощь супруга. С помощью обыкновенного шпагата (и больших физических усилий) стянули все зачесанные наверх волосы на макушке и туго завязали. Потом Гагарин придерживал длинные пряди, а Савельев навивал локоны, букли, кудри и укладывал их в хорошо продуманном художественном беспорядке. В парикмахерское кресло села миловидная женщина, встала из него – ослепительная красавица.

Юрий Гагарин тогда с улыбкой резюмировал:

– Ну, Валентин, ну, бабий угодник!

Так это прозвище за ним и осталось на всю жизнь.

После всего отправились в гостиничный буфет попить кофе. Валентина поразило, как просто и естественно держался кумир миллионов. Всем желающим раздавал автографы, фотографировался на память – никому не отказал.

– Как же первый космонавт узнал о гостиничном парикмахере? Ведь мог обратиться в самый шикарный салон к самому знаменитому мастеру…

– Я же говорю: совершенно простой человек без претензий.

А меня ему, по всей вероятности, порекомендовал первый секретарь ЦК ВЛКСМ Сергей Павлов. У меня обслуживалась его супруга Евгения Михайловна. Гостиница ведь находилась в ведомстве ЦК комсомола.

Небольшое отступление: некоторое время назад в обновленной гостинице решили сделать мемориальную комнату – ту, в которой останавливались Гагарин с супругой более полувека назад. И за разрешением обратились почему-то к Валентину Федоровичу.

– Ну, я их послал прямиком к… Валентине Гагариной.

Мы ведь до сих пор поддерживаем теплые отношения. Звоните, говорю, вдове героя, вот вам телефончик, если сами найти не можете. Не знаю, до чего они там договорились…

Но к постоянной клиентуре мастера тогда добавились и жены большинства космонавтов. «Космическая популярность» – посмеивался Валентин.

Ездили из Королева, городка, где жили космонавты. И уж, конечно, там была парикмахерская. Но дамы предпочитали потратить два с лишним часа на дорогу в один конец, чтобы щеголять потом прической «от Савельева».

Не то, чтобы в городке космонавтов не было парикмахерской – была и очень даже неплохая. К тому же до знаменитой прически жены первого космонавта остальные дамы в большинстве своем прекрасно обходились собственными силами, благо почти у всех были косы. Но причесаться «у самого Савельева» считалось высшим шиком.

Хотя, конечно, таких произведений искусства, как для Гагариной, Валентин Федорович больше не создавал.