Литературный оверлок. Выпуск №3 / 2017

И неважно, существуют они там или нет, верил он в них или не верил, Бог любит всех, пусть всем и помогает!

Как нужно молиться, он не знал, но в фильмах часто видел, как какой-нибудь герой говорил главному, когда подвешивал его жизнь на волоске: «Молись, к чертовой матери! Зарежу!» Герой не знал, как молиться, и когда тот же голос отвечал: «Молись, сын мой, как умеешь! Главное искренность!» Еще в этом фильме он видел, как молясь и выпрашивая что-то у высших сил, мужики да бабы челом бьются. И что свечу нужно, он это тоже знал.

Правда, это он в книжке вычитал.

Достал он старую свечу из погреба, пришел в комнату, повернулся в свободное место и стал до боли искренне молиться. Через неделю у него на голове была повязка, под повязкой в голове скрывалась страшная боль, внутри головы поселилась горечь, в общем, все было, любви только не было.

– К чертям это все! – подумал Ванька, – Девок, что ли, жалко! Попользоваться даже на ночь не дает!

И неделю, пока голова не прошла, он стал терпеть, как монах.

2

Синяки на голове Ваньку не украшали, и плотской радости, естественно, не дарили.

За деньги её взять тоже не получалось, поэтому Ванька решил, что брать любовь надо силой, и только силой, и пусть даже нечистой! Он решил Дьяволу душу продать. Какая разница Дьяволу, чью душу покупать, лишь бы душа была! Он, особенно, испорченные любит? Так Ванька вроде и не ангел в плоти. В любом случае, это его обязанность, пусть забирает!

К Дьяволу надо обратиться! Дьявол-то, что он, он не занят.

Пока Бог души спасает, он сидит себе и отдыхает. Все равно, норма у него и так перевыполняется. Люди сами себя губят, палец о палец ничего делать не надо.

– Вызову Дьявола! – решил Ванька, – Поговорим хоть!

И он затеял сеанс спиритизма. Как только в кроватях затухли голоса родителей, как только наступила ночь, он схватил тарелку, буквы черным маркером написал на картах, взял свечу, что Богу не пригодилась, прочее барахло и стал звать.

Пелевин, Бог, Глюкоза и Дьявол словно сговорились не показывать свои лица, поэтому и Дьявол к нему не явился.

Только, в отличие от Бога, удосужился блюдцем по столу постучать, мол, здесь я.

– Ты что там делаешь? – выкрикнула мать из комнаты, – Снова по ночам еду из холодильника воруешь? Разогревай только! И не шуми! Мне завтра рано на работу!

Дьявол тут легонечко тарелку задвигал к буквам Л, А, Д, Н, О, затем, наверное, немного поразмыслил и вновь заскакал ей по столу: С, П, О, К, О, Й, Н, О, Й, Н, О, Ч, И.