Крутые излучины (сборник)

Вытирая мокрые руки передником, небольшими семенящими шажками мать идёт к нам навстречу.

– А мы тебя совсем заждались, думали, не забыл ли ты нас, Алексий?

– Ну что ты, мама, как я могу?

Я подошёл к матери и поцеловал её.

– Батюшки, да ты весь в пыли! Снимай-ка пиджак, я его отряхну.

– Ничего, мама, ерунда, я сам.

Тщательно очистив одежду от дорожной пыли, я беру вещи и вхожу в дом, срубленный после войны собственноручно матерью и отцом. Годы идут, а он всё стоит и стоит. Низенький потолок, как ступаешь с порога, сразу напирает сверху непривычной теснотой, неровно выложенная бугристая печь, пластмассовая люстра, на спиленной этажерке – телевизор, рядом – комод и холодильник, никелированные кровати с самодельными узорами покрывал – потускневшее старое рядом с купленным новым.

Здесь прошло моё детство.

– Как поживаешь, мама? – снимая пиджак и вешая его на вбитый в стену гвоздь, обращаюсь я к матери. – Как здоровье?

– Спасибо, сынок, всё хорошо! – мать накрывает на стол. – Не управляемся только с хозяйством, тяжело стало сено косить, дрова рубить, картошку копать.

– Отец помогает?

– Помогает, конечно, но бывает и выпьет. Этой весной в самый разлив реки не пошёл в обход на дальний Слепцовский мост, взял да и переплыл через речку. Одной рукой гребёт, а в другой одежду держит, льдиной того и гляди собьёт. Я переволновалась, а он храбрится, думает, что всё молодой, – корила она его.

Я внимательно слушал, улавливая в её голосе горделивые нотки за своего старика.

– В остальном он ничего. Руки у него золотые.

Она охотно рассказывает о новостях в деревне, я готов слушать её без конца.

– До чего чудны наши мужики! – замечая мой интерес, продолжает мать. – Коля Цветок этой весной ехал домой на тракторе, закончил сев и выпил на радостях. Аккурат на повороте, у моста через речку, заглох мотор. Заводить трактор начал на скорости. Ну, он и пошёл от него, а тёмненько было. Ничего не понял и не увидел, как трактор сам вдоль реки поехал, сначала по броду, а потом глубже и глубже.

Доехал до острова, одной гусеницей въехал на него и опрокинулся. Окунулся так, что кабины не стало видно. А утром никак не вспомнит, где трактор. Хорошо, что мальчишки по реке лазали, они и отыскали в тине его «безделушку».

За дверью послышались голоса и звук приближающихся шагов, быстро летящих и неторопливо-валких. Возвращается отец с соседями, дедом Тимохой и дедом Семёном.

– Доброго дня и здравицы! – приветствует дед Тимоха.