На каждом шагу стукач

Но от задумки до её воплощения дистанция немалая, на этом пути было потеряно всё здравое, и получилось то, что получилось. И цена её была совсем не народная. Для её покупки нужно было пахать года полтора, при этом не есть и не пить. Где-то, у кого-то были и другие машины, но это было, как за горизонтом, дойти до которого не представлялось возможным…

Мой «Запорожець» был не новый, но из опытной партии. Его заводской порядковый номер был N000000013. Может быть, поэтому, а может быть, по другой причине он был несколько раз уценён и достался мне по сравнительно приемлемой цене.

Но бегал он неплохо. Правда, несколько хуже, чем мотоцикл, от которого пришлось избавиться, зато укрывал он от дождя и непогоды. И девушка моя относилась к нему более благосклонно… Если не придираться ко всяким нюансам.

«Дорогие, родители! – написал я в прощальной записке, – отправляясь в дальний и неизвестный путь, считайте меня примкнувшим к коммунистам. – Примерно так когда-то писали солдаты, идущие в «последний и решительный бой».

 – Но если моя колымага где-нибудь застрянет, считайте бригаду её сборщиков – бригадой коммунистического труда или «кому нести чего куда?»

Видно, я сам себе наворожил. Проехали мы километров тридцать, услышал жалобы двигателя. Сначала это были слабые вздохи, потом они превратились в тихий плач и, наконец, в громкое рыдание. Нужно было что-то предпринимать. Пару раз я останавливался, проверял всё, что можно было проверить, и убеждался, что стучит что-то внутри.

Но вот подъезжаем к Мелитополю. Какая удача, ведь это город, в котором изготавливают эти двигатели. И сервисная книжка у меня есть с гарантией качества… Всё есть, только сервиса нет. Я туда- сюда, бесполезно… Оказалось, что ремонтом они не занимаются и, естественно, ничем помочь не могут.

– Езжайте, – говорят, – в Запорожье, там всё есть. Как в Греции… А впрочем, тут недалеко живёт Нил Михалыч. Он может помочь, но у него больная жена, и он всё время занят…

– Прекрасно, – воскликнула Светлана, почувствовав, что наконец-то и она может проявить свои способности.

Долго Нил Михалыч занимался с моим двигателем. Запускал его и глушил. Потом опять запускал и опять глушил. Что-то отвинчивал, втыкал внутрь длинную отвёртку, потом вытер руки от масла и сказал:

– Плохи твои дела, парень. До Крыма не дотянешь. Нет, не дотянешь!

– А что же делать, Нил Михалыч, – взмолились мы, – мы на всё согласны.

– Полетели подшипники коленвала.