Невеста в долг

Интерны переглядывались и молчали, кто-то улыбался, но некоторые хмурились.

Я провела рукой по волосам, нисколько не озаботившись тем, что измазалась еще больше. Пора и уходить – этот раунд я проиграла, но идти мне пришлось бы в палату, полную крови и предсмертных хрипов.

– Интерны, – сказала я в пустоту, жалобно, нисколько не надеясь на ответ. – Какая кислота может разъесть кожу иделлийца, да еще так, что кожа не может остановиться?

– Кислота? – подал голос блондинистый интерн, который стоял у стены.

Он оттолкнуся и подошел ближе. – Нет, кислота повредила бы кровеносные сосуды, а судя по количеству крови на тебе, дело в другом.

– Ангаррский яд, – вмешался еще один поклонник Илайи. Он сидел прямо у ее ног и сейчас смотрел на меня снизу вверх. – Если удастся загнать яд под кожу (что практически невозможно), то на иделлийский организм он подействует угнетающе. Начнет разъедать кожу и кровь перестанет сворачиваться.

В кабинете повисла тишина. Я недоверчиво смотрела на интерна, не понимая, то ли он сказал правду, то ли поиздевался.

В данной ситуации могли быть возможны оба варианта. Молчание, хоть и короткое, прервала Илайя.

– Никогда о таком не слышала.

Сомневаюсь, что она вообще интересовалась вопросо здоровья иделльцев. Хотя вполне могла искать способ их массового уничтожения.

– Я на статью недавно наткнулся, – как-то даже виновато улыбнулся интерн.

– Это все хорошо, – я заторопилась. – А как нейтрализовать ангаррский яд?

Уверена, Илайя желала меня выгнать – желтые глаза полыхнули настоящей ненавистью, но в своем отделении доктор могла запретить чужим интернам оказывать помощь пациентам, а помешать им дать совет медсестре – нет.

Ответил тот самый блондинистый интерн.

– Если это действительно ангаррский яд (что вряд ли – он безумно редок, да и запрещен), то противоядия не существует. Нужно ждать, пока кровь сама очистится.

Я кивнула и бросилась вон. Мы могли конечно ждать, пока кровь пришельца очистится, но пациент этого вместе с нами дождаться уже не в состоянии.

Чуть было не снесла дверь в палату. Страшилась увидеть, что опоздала, но пациент еще дышал. На Уллиса было страшно взглянуть – он потерялся в этом количестве боли и крови, отчаялся и ждал меня, чтобы хоть на секунду переложить ответственность. Такая ситуация для нас, низших медработников, была в диковинку. У нас обоих были за спиной лишь краткосрочные медицинские курсы и не большой, но тяжкий опыт работы санитарами.