Сушкин дом… на Мухиной горе

«Ты, как я вижу, хочешь Истину

познать?

Ну, что ж, скажу:

Есть Чувство, есть Стремление,

Есть Жизнь, есть Смерть,

Есть право выбирать.

А там, лишь Хаос… Хаос…

Хаос… Хаос… Хаос…

Теперь прощай, я улетаю,

Мне надо Солнцу место уступать…»

    1987 г.

«Я хотел оказаться бы в поле…»

Я хотел оказаться бы в поле,

Где тяжелое небо давит,

Где северный ветер гонит,

А воздух так свеж, что пьянит…

И я крикнул бы ветру: «Слышишь?

Разорви, ты, меня на части,

Разбросай, ты, куски по полю,

Дай мне всласть надышаться землей».

И еще я просил бы ветер:

«Закрути, подними в небо,

Дай хоть раз ощутить пространство

И испить эту чашу до дна.

А когда заметишь слезы,

Брось меня на острые камни,

Возьми душу мою с собой,

Разве можно все это забыть?…»

    1987 г.

Маме

Говорят, что время стирает…

Что оно не знает преград,

Только ты для меня такая,

Как была много лет назад.

Те же руки, лицо и улыбка,

Тот же добрый задумчивый взгляд.

Ты сидишь предо мною такая,

Как была много лет назад.

Я природе вызов бросаю,

Мое сердце сильней во сто крат,

Ты всегда для меня такая,

Как была много лет назад…

    1987 г.

Михаилу Курганову моему духовному учителю посвящается…

Из тьмы или во тьму? —

Таков Человек,

Стоящий на сбитых весах…

Полярности чужды

Стабильность и крах.

Она подтверждает судьбу.

И каждый возводит свою пирамиду

По принципу – тяжестью вниз.

Базальтовых глыб из царства Аида

Не в силах нарушить границ.

Чем ближе к вершине,

тем больше сомнений

В тектонике мрачных искусств,

А червь уже снизу точит творенье

Стремлений, надежд и чувств.

Блажен, тепло в сердце хранящий,

Познав и муки, и страх,

Блажен, все свое с собою носящий,

Таков Человек,

Стоящий на сбитых весах.

    февраль, 1987 г.

Любимой

Я возьму полотно из прозрачного шелка,

Подберу краски земли и неба

Моя кисть продолжение нервов.

В хрустальном колодце глаз голубых

Мальчик, несущий звезду в руках,

Я с ним ухожу в вечность…

Как хочется быть таким же, как ты,

Способен ли ветер с собою взять

В странствие дивный цветок…

    1987 г.

Посвящение Тамаре Николаевне…

Там, высоко в небе,

Ангел играл на флейте…

Музыку встретил ветер,

Амур его сердце пронзил.

Рапсод, воспевающий Жизнь,

Авроре сей миг посвятил.