Дочь Ра. Дорога на Олимп

******

Афродита, чуть не плача, стояла в стороне от суетившихся вокруг лежащего без сознания Виктора ролевиков и кляла себя последними словами. Ну что ей стоило прислушаться к словам Артемиды? Ведь знала же, что озеро опасно! Пространственно—временные коридоры, которые порой открывались в материи, были опасны не только для людей, но и для сущностей высшего порядка. Единственным, кто был наделён Силой их отыскивать и латать, был Мастер Времени -Иерофант. Он тоже находился здесь. Стоял на верхнем уровне мира, там, где его не могли заметить или почувствовать люди, и обеспокоенно качал головой, глядя на озеро.

– Дыра растет, – от его глубокого голоса по коже пробежали мурашки.

Богиня красоты перенеслась поближе к повелителю времени и осведомилась:

– Ты же не закроешь ее теперь?

– Я должен, – складки рубинового хитона колыхнулись под дуновением легкого ветра. – С каждой новой жертвой, прореха становится все шире и угрожает существованию этого места.

– Но туда угодила моя подопечная!

– Сожалею, Афродита.

Это всего лишь смертный человек. Ни ты, ни я не можем быть уверены в том, благополучно ли она достигла другого конца воронки и сумеет ли понять, как вернуться обратно. Нельзя так рисковать из-за одной смертной.

– Дай мне отсрочку, – богиня впилась пальцами в руку Иерофанта, – я найду того, кто укажет ей обратный путь.

– Афродита, не будь смешной, – поморщился мастер времени. – Кто отправится сквозь время и пространство за смертной? Через несколько часов наступит нужный момент, светила вступят в седьмой квадрант, и дыра будет залатана.

Разозленная богиня перенеслась к озеру. Ну и что теперь делать? Вместе со злостью на собственную недальновидность и проигранный спор, Афродита испытывала прочно забытое чувство вины. Ведь если бы она, движимая желанием поскорее пробудить в девушке любовь, не послала ее на берег, Кира не попала бы в беду. Никто из знакомых ей существ низшего и высокого порядка не согласится так рисковать ради смертной души.

Афродита еще некоторое время колебалась, а потом послала вызов Аресу.

– Что творится под небесами Олимпа? – послышался слева ехидный вопрос.

– Замолчи, пожалуйста.

Тревога и горечь на лице Афродиты, так непохожие на ее обычное высокомерие, были внове, поэтому Арес уже без привычной язвительности поинтересовался:

– Что случилось?

Богиня красоты на всякий случай отодвинулась подальше и выпалила:

– Киру затянуло в воронку межвременья.