Тайна виконта

Правильная мелодия способна пробудить чувства, меняющие мир. По крайней мере, Шарлотте хотелось в это верить.

И вот стихли последние аккорды. Шарлотта понимала, что исполнение было безупречным. Тем не менее она не обернулась сразу, ожидая какого-нибудь знака. Даже самый тихий и краткий звук, означающий его одобрение, успокоил бы ее натянутые, словно струны, нервы.

В этот мучительный момент ожидания она вспомнила, как впервые увидела Джереми Локхарта, виконта Диринга. Испытанные тогда чувства она бережно хранила в своем сердце как величайшую драгоценность.

Она приняла его предложение, стала его невестой, дала клятву быть рядом с ним и в горе и радости. Но все пошло не так.

– Вы делаете большие успехи.

Она услышала нотку гордости в его комплименте, хотя он был озвучен сбивчиво, слова будто застревали у него в горле, и ему приходилось прилагать усилие, чтобы дать им свободу. Шарлотта встала и обернулась. Ноющая боль в груди усилилась.

– Спасибо, милорд. – «Джереми». – Хотите услышать что-нибудь еще?

– Не сегодня.

 – Диринг встал. Тень за его спиной заняла место на стене, грозная и подавляющая, словно множество невысказанных слов и беспокойных эмоций.

Он напряженно всматривался в ее лицо, и Шарлотта не понимала, что он хочет увидеть. Возможно, он способен читать ее мысли, раскрывать секреты и заглядывать в сердце. Если да, то он найдет в ее глазах тоску.

– Вы сегодня будете ужинать дома? – задав этот вполне безобидный вопрос, она смутилась.

– Да. – Диринг осмотрел ее с ног до головы, и Шарлотта вновь усомнилась в своей внешности. Надо впредь проявлять больше внимания к одежде. Ей хотелось, чтобы муж был доволен.

– Пару дней назад я навещала семью, – заговорила Шарлотта. – Мама и сестры чувствуют себя хорошо. Потом пришел отец, и мы вместе прогулялись по саду. – Она говорила, пытаясь заполнить тишину, казавшуюся такой тяжелой, что ее можно было потрогать. А еще ей хотелось задержать мужа, хотя разговор с ним давался ей тяжелее, чем игра на фортепиано.

Выражение его лица заметно изменилось, когда она упомянула об отце. Ничего особенного, но все же Диринг стиснул зубы, и его бровь дернулась. Шарлотта никак не могла понять, почему. Отец был очень высокого мнения о Диринге, считал его героическим спасителем их семьи.

– Увидимся за ужином, – сдавленно проговорил виконт. Сразу после этого он ушел, оставив Шарлотту в недоумении относительно его странной реакции.