Тайна виконта

Можно говорить комплименты и вести беседы, игнорировать прошлое и строить лучшее будущее. Мир, полный возможностей, искушал и манил, но пока еще казался недосягаемым. Он сжал кулак. Ему очень хотелось взять ее за руку, однако он боялся совершить ошибку.

– Спасибо, милорд. – Шарлотта улыбнулась, и ее глаза блеснули. Кажется, ей понравилось его внимание.

– Немного хереса перед ужином? – не отводя глаз кивнул он в сторону столика, на котором стояло несколько хрустальных графинов.

– Да, спасибо. – Ее голос звучал нерешительно.

Диринг предположил, что она недоумевает, чем вызвано его внезапное внимание. Он налил ей вина, а себе – бренди. Не поворачиваясь, сделал большой глоток из своего стакана, добавил еще на два пальца янтарной жидкости и только тогда вернулся с бокалами к жене.

– Вы замечательно играете на фортепиано, Шарлотта. – К черту титулы и официоз. Да, сначала он хотел дать ей время привыкнуть, прежде чем ложиться с ней в постель. Слишком уж стремительно все произошло. Ну и к чему это привело? Оказалось, что все это время он шел по узкой дорожке между высокими стенами, которые он сам же построил для защиты и повинуясь страху.

Эти стены необходимо разрушить. Диринг сжал в руке бокал. Что ж, сегодня он начнет осаду.

Шарлотта едва могла говорить, ощущая сильную нервозность. Диринг вошел в гостиную и сразу завладел ее вниманием. А главное, он не сводил с нее горящего взгляда. Хорошо, что она выбрала для этого вечера темно-лиловое шелковое платье с кружевными рукавами.

Благодаря низкому декольте и открытым плечам она казалась соблазнительной искусительницей – по крайней мере, так ей показалось, когда она смотрела на себя в зеркало. Шарлотта никогда не надевала это платье, уверенная, что Дирингу все равно. Но теперь ситуация изменилась, неважно почему.

Она была возбуждена, и когда Диринг, передавая ей бокал, коснулся пальцами ее руки, вздрогнула. Ее даже бросило в жар. А что, если он считает ее непривлекательной, лишенной очарования и красоты?

Нет, она не позволит этим неприятным идеям овладеть ею.

Шарлотта сделала большой глоток хереса. Ах, если бы она могла понять мужа! Он все время разный: то строгий и сдержанный, а в следующее мгновение – само очарование. Но при этом чувства он всегда держит при себе.

Теплое пламя свечей заставляло его волосы цвета червонного золота светиться, а его глаза были светло-карими, словно шоколад. Шарлотта почувствовала желание. Ощущение было новым, но ей понравилось.